Sleeping With Mathias.
by New Model

Мой скромный новогодний подарок Дине. Gucci's Power!



And I'm fading into the void and then
I'm gone, I'm gone, I'm gone...


Стефан аккуратно ступил на территорию апартаментов Молко. В квартире было темно и тихо как у покойника.
- Заходи, только не включай свет, – послышался слабый голос Брайана откуда-то из спальни.
Стараясь ни на что не наступить, Стеф на ощупь пробрался в комнату, где все говорило о полном запустении, и только горы окурков повсюду напоминали о присутствии человека.
- Брайан, я принес тебе поесть…мы все беспокоимся за тебя.
- Я не хочу есть. Я итак слишком толстый.
- Кто тебе сказал такую глупость?
- А разве нужно что-то говорить? Матиас променял меня на Бойда Холбрука. Ты видел его? Конечно, куда уж там мне, когда я старею с каждым днем, и мое лицо разъедают морщины…да, именно разъедают, эти уродливые складки и полосы повсюду…я разлагаюсь! Может, пришло время для пластики?
- Ага, давай, грудь Памелы, губы Джоли, скулы Джонни Деппа, нос еще чей-нибудь (может, как у Майкла Джексона?), главное, не забудь перекраситься в блондинку и сделать задницу как у Джей Ло, раз уж с мозгами тебе не повезло!! И вот она, готова жертва нарциссизма, а точнее, собственной глупости…Милый, ни на кого Матиас тебя не променял, и если ты думаешь, что Матиас ушел потому, что ты для него недостаточно хорош, то знаешь ли…Он всегда мог выбрать самого лучшего мужика, но он выбрал тебя еще будучи ребенком и был с тобой…это произошло какое-то недоразумение… Не хочу задеть твое самолюбие, ты, конечно, не Бойд Холбрук, но ты Брайан Молко и может, именно по той причине, что ты не похож на этих салонных конфетных мальчиков, что у тебя еще есть ум и талант, он и выбрал тебя…
- Ты хочешь сказать, что он делал мне одолжение, да? Типа осчастливил неудачника…
- У тебя начинается маразм, Молко. Если бы Матиас хотел, он бы ушел к этому Холбруку гораздо раньше и без твоего благословения. А тут я не знаю, что между вами не заладилось, хоть и догадываюсь…
- Он ушел, потому что я стар и не так привлекателен, как Бойд, у меня нет его молодого совершенного тела, его задницы, его совершенной красоты…Хах, зачем им трахаться, когда можно просто дрочить, глядя друг на друга, так исполнилась его заветная мечта - совокупляться с самим с собой, со своим отражением…
- Прости, Брайан, но когда я говорил на счет твоего ума, я не знал, что он успел протухнуть, пока ты лежал здесь безвылазно. Давай, ты должен сначала подкрепиться, привести себя в порядок, а потом мы отправимся куда-нибудь развеяться…- тут
Стефан сдернул с Молко покрывало, которым тот укутался чуть ли не до ушей. И даже в темноте, зрелище было не для слабонервных.
- Боже, Брайан, что ты сделал с собой?! Когда в последний раз ты вообще что-нибудь ел?
- Я не помню… я же сказал, я слишком толстый, у меня жир свисает с бедер…
- Да где твои бедра, когда я вижу одни кости? Ты же почти превратился в мумию…
Стефану страшно было прикасаться к Молко, потому что казалось, он может рассыпаться от одного неосторожного движения…
- Оставь меня, это не твои проблемы, я хочу спать…мне нужно спать…разве я прошу слишком много?
- Это ненормально, Брайан! Я сейчас позвоню в ресторан, попрошу принести какого-нибудь супчика. И больше слышать ничего не хочу, никаких возражений, ты понимаешь, что это твоя голодовка могла закончиться весьма плачевно! Хочешь потом всю оставшуюся жизнь лежать прикованный к больничной койке как овощ и питаться из трубочек? А может радоваться, когда Матиас из жалости заглянет к тебе один раз…чтобы потом вернуться к здоровому телу Холбрука. Ты совсем двинулся, Молко, но я не позволю этому продолжаться и дальше!
Брайана итак слишком утомил этот разговор, поэтому он не стал препираться и просто лежал, закрыв глаза, думая, что больше всего он хотел бы уснуть и долго-долго не просыпаться…пока прекрасный принц не разбудит его своим поцелуем…а если и не разбудит, то не беда, это избавит его от муки видеть, как твое тело дряхлеет с каждым днем, а кожа обвисает и становится дряблой, а потом начинаются проблемы с потенцией, всякие атеросклерозы и остеохондрозы и в общем, все ужасы старости…может, в этой рок-н-рольной идее «live fast, die pretty» и есть доля истины…

Три дня Стефану пришлось откармливать Молко детским питанием и всякими супчиками с ложечки, потому что у их маленького солиста не хватало сил даже самостоятельно держать ложку в руках. Или он не хотел. Брайан постоянно бурчал, но позволял себя кормить, ибо Стефан проявлял чудеса настойчивости. Все это время никто из них не решался заговорить о Матиасе, и уж тем более, о Бойде, однако оба понимали, что от взаимного молчания проблема не исчезнет сама с собой. И если постепенно физическое состояние Брайана стало улучшаться, хоть и выглядел он по-прежнему изможденным, то его психическое самочувствие заметно страдало. Все вылезло наружу после того как Стефан попытался вернуть самооценку Молко на законное высокое место.
- Перестань винить себя во всем и искать с дотошностью патологоанатома в себе недостатки. Этим ты делаешь только хуже.
- Намекаешь, что это я все испортил?
- У тебя что, аппарат в голове, отвечающий за логику совсем заглох, поэтому ты переворачиваешь все фразы наоборот? Я говорю о том, чтобы ты перестал заниматься самоуничижением.
- Тогда может, ты еще мне объяснишь, почему в моей квартире больше не пахнет тонким ароматом Гуччи, на моей подушке я не вижу его белокурой головы, и вообще, однажды утром и все последующие затем гребанные дни я просыпаюсь один!
- Может, ты начнешь с того, что случилось вечером?

Вечером…в тот день у них был как раз плодотворный день в студии, который они решили отметить, чтобы снять накопившееся напряжение. Молко потом отправился домой, уже предвкушая, каким страстным сейчас у них будет сейчас секс с Матиасом, он дрожал от нетерпения…Матиас заехал в 10, а Брайан уже ждал его в одном халатике.
По великолепному костюму и вмиг похолодевшим глазам любовника, Молко где-то на подсознательном уровне почувствовал неладное, но отмахнув подозрения, он полез с горячими поцелуями к Матиасу. Но тот отвернулся, сделав шаг назад.
- Ты пьян, Брайан…
- Ну да, я немного выпил…а что, мы сегодня играем в полицию нравов? – Брай хихикнул, похлопав себя по бедру.
- Нет, мы сегодня должны были идти на банкет к Валентино.
- Знаю, я эти банкеты, мы на одном таком с тобой познакомились самым замечательным образом…так почему бы нам не устроить вечеринку дома? - Молко потянулся рукой к штанам Матиаса, но блондин перехватил его руку.
- Я же тебя предупреждал, Брайан. Это важное для меня мероприятие, и я обязан там появиться. Это часть моей работы, в конце концов.
- А зачем я тебе тогда нужен? Мы не можем там быть вместе, потому что папарацци не спросят и разрешения, чтобы тут же наделать провокационных снимков, тем более, ты у нас такой фотогеничный! Зачем мне глушить коктейли где-нибудь в уголке, пока представители бомонда будут обгладывать тебя глазами и рассматривать, как на ярмарке, чтоб потом какой-нить толстосум купил тебя для своей «рекламной компании»? Думаешь, я не знаю, как делаются выгодные предложения?
- Я думаю, что ты нихрена не знаешь, и не хочешь знать, а сейчас вообще оскорбляешь меня. Ты пытаешься манипулировать мной, чтобы я отказался от всего и удовлетворял только твою похоть.
- Отлично, тогда иди, и удовлетворяй там хоть всех подряд в туалетной кабинке. Давай, иди один, я не буду тебе мешаться под ногами! Избавишь меня от необходимости выглядеть посмешищем, будто я один из твоих престарелых сутенеров.
- Если ты действительно так считаешь, то мне пожалуй лучше найти себе другую компанию на вечер.
- Удачи! и смотри, не продешеви!
Матиас уже открыл дверь, чтобы уйти, но помедлил.
- Брайан, я думал, ты все понимаешь, и я старался понять тебя. Но я не предполагал, что ты окажешься таким жалким…трусом и ревнивым глупцом. Я не буду с тобой вечно скрываться по углам, чтобы нас не поймали журналисты, снимать разные номера в отелях и потом украдкой пробираться к тебе в постель…и уж тем более, не собираюсь заточить себя в четырех стенах, чтобы терпеть твои идиотские пьяные выходки, пока ты еще за каким-то хреном скрываешь то, что с самого начало ни у кого не вызывало никаких сомнений.
- Кажется, ты уже опаздываешь – издевательски протянул Молко.
- Да, я итак с тобой задержался.

…На следующее утро я проснулся один, а Матиас проснулся с Бойдом Холбруком, которого и встретил на том банкете. Он ушел и бросил меня, как старую, дырявую калошу…
- Молко, заткнись! И позволь тебе сказать две вещи: первая – ты мудак. Вторая – ты полный мудак. Ах, еще и третья, - я бы и сам от тебя ушел, услышав такое, так что удивляюсь нордической стойкости мистера Лауридсена. Нет, конечно, все люди, когда немного выпьют, становятся в большей или меньшей степени неадекватны, но не до такой же степени! Ты, считай, назвал одного из самых красивых мужчин в мире проституткой! Да как вы вообще с ним еще так долго продержались, учитывая, какой ты у нас умный мальчик…
- Нефиг шастать по всяким банкетам…
- Послушай себя, что ты говоришь…Это ведь его работа, также как и твоя – разъезжать по гастролям. Ты, похоже, еще сам до конца не понял, что он супермодель! и его профессия, может, еще более публичная, чем твоя. Хотя знаешь…принимая во внимание все твои обиды, и то, что ты мне тут высказал, наверное, так лучше, что он нашел человека из своего круга, и с которым он будет делать все то, от чего ты отказался.
- Он променял меня на его фантастическое молодое тело и смазливое лицо!
- Он променял тебя на удобные и самодостаточные отношения, в которых никто не будет доставать его упреками, ревностью и своей ментальной мастурбацией. А уж Бойд, я думаю, не упустит возможности насладиться всем сполна…Пока кое-кто брюзжит, как старая кляча…
- Ну вот, теперь еще и ты меня добиваешь.
- Я сказал, что ты ведешь себя как ворчливая старушка, и если ты не хочешь ей на самом деле стать, я бы посоветовал тебе очнуться и привести себя в порядок. Первым делом, свои мозги, которые нуждаются в хорошей встряске. А я пошел, потому что дальше – уж разбирайся сам с тем, что ты натворил, страдалец.
Брайан кинул в Стефана подушкой, чтоб не показать, будто бы он совсем уж сдался, однако закусил губу от горечи. Ведь он еще не упомянул того момента, что перед тем, как Матиас ушел, Брайан предлагал ему деньги, кидаясь банкнотами, чтобы оплатить то время, которое Матиас потратил на него…а уж это снизило шансы их примирения до нулевой отметки.

Now I'm trying to wake you up
To pull you from the liquid sky


«Раз все меня кинули, не остается ничего, кроме…» - Молко кое-как, еще слегка пошатываясь, побрел ко второму значимому и любимому месту в своей квартире после спальни – к бару. Открыв его, Брайан чуть не расплакался. Невероятно, но там было пусто! Молко, подгоняемый алкогольным голодом кинулся на кухню к холодильнику, где в дальнем ящике обычно была припасена водка. Ничего! Тоскливо, как при сухом законе. Очевидно, он с размахом отметил проводы Матиаса из своей жизни. Отсутствие какой-либо выпивки дома только сильнее разожгло его желание напиться, ибо в ту минуту для него существовала одна истина – та, которая в вине.
Не долго мешкая в выборе одежды, Молко натянул первое, что ему попалось под руку, посчитав, что главным атрибутом его сегодняшнего вечернего наряда должны стать большие черные очки. Отправившись в путешествие до первой забегаловки, Брайан понял, что с него реально спадают штаны, поэтому приходилось то и дела их подтягивать, а то и вообще придерживать. «Вот черт, как бы не потерять и вовсе, а то я так быстро собрался, что не помню, какое на мне белье…и не забыл ли я его одеть…». Первая наливайка, до которой дошел Молко оказалась гей-баром, поэтому Брайан оттуда также по-тихому, свалил. «Еще не хватало, чтоб подумали, будто я пытаюсь снять себе какого-нибудь молоденького мальчика, потому что просто так мне уже никто не дает, и фанаты больше не выстраиваются в очередь, чтоб со мной переспать…Ужас, я лучше запишусь в клуб анонимных алкоголиков, чем буду платить за проститутку…». Брайан уже начал терять первоначальный пыл, как ему попалось рядом весьма приличное заведение, где он и засел, заказав бутылку красного чилийского вина и, чтоб не быть последним спивающимся неудачником, два бокала. Пусть лучше все выглядит так, будто его воображаемый любовник не пришел, чем так, что его вообще нет. Боже, до чего он докатился…приходится разыгрывать какие-то жалкие спектакли…нет, не перед публикой, а перед самим собой…А ведь поведи он себя иначе, не пришлось бы плакать от жалости, глядя на себя…он бы смотрел сейчас на Матиаса…как он улыбается, немного смущенно, по-детски, а в глазах появляется нежность…он улыбается так, что самому хочется вдруг смеяться, обнять его крепко-крепко и целовать каждый золотистый локон, спадающий на его лицо…иногда он был такой трогательный и родной, а иногда такой неприступный во всем своем великолепии, но всегда Матиас оставался красивым и желанным. После третьего стакана вина Молко совсем погрузился в сладкие грезы, представив, как Матиас нежно целует его в шею, одной рукой неторопливо проводя по бедру…затем он целует каждую выпирающую косточку его позвоночника, спускаясь ниже и ниже, тогда как возбуждение заставляет Молко требовать ускорить темп, но Матиас всегда остается спокойным и точным в своих действиях, и он полностью контролирует ситуацию…секс с ним – это было...это было…Тут Брайан очнулся, потому что испепелившийся окурок обжег ему руку и открыв глаза, понял, что все вокруг расплывается. Для его истощенного организма бутылка крепкого вина оказалась сильным испытанием, и теперь Молко понял, что его уносит по всем правилам алкогольного опьянения. Тогда он попытался еще закурить, но пальцы стали какими-то ватными и не могли удержать сигарету. «Дела плохи. А ведь надо еще встать и добраться до дома нах. Уж не просить же официанта?..» Брайан махнул рукой, чтобы ему принесли счет, при этом он чуть не разбил бокал. Оставив несколько крупных купюр, которых по идее должно было хватить, ибо цифры он тоже с трудом различал, Молко собрал все последние силы, чтобы хоть с достоинством покинуть заведение, причем без посторонней помощи. Ноги издевательски подгинались, то и дело разъезжаясь в разные стороны как у борова на льду, поэтому Брайан вздохнул с неким облегчением, когда он оказался за пределами бара ценой всего лишь парочки задетых стульев и столиков. «Ух, а все-таки умею, когда захочу! Вот они, навыки навигации, талант не пропьешь, однако…». Но стоило ему отойти от опоры, как он тут же потерял равновесие и упал. «Блядство, а я действительно пьян! Хи-хи, пьяяяяяяныыый, аж самому смешно… Вроде ничего и не выпил, а уже в говно. Бывает. Со мной просто чаще, чем с другими. Ну что поделать? жизнь такая…ууххуууу!!» - сидя прямо на тротуаре, Молко душевно разговаривал сам с собой и о том, чтобы самостоятельно подняться не могло быть и речи. Тогда Брайан вспомнил детство и пополз на коленках. «А хули мне? На коленях что ли не разу не стоял? Да с моим опытом, и с моими-то коленями я мог занять первое место в соревнованиях ползунков…или как их там…пресмыка..ка…хуйня, короче, если б передо мной еще бы распростерлась аллея из голых мужиков, я б пополз, ух!» И как по заказу, Молко причудилось, будто перед ним стоит с дюжину прекрасных, молодых словно высеченных из мрамора тел. Но когда он, жадно сглатывая слюну, подполз ближе, то узнал лицо…это был Матиас…повсюду был Матиас, его будто размножили…Голова кружилась, и от какого-то навязчивого шума готова была разорваться, колени саднили, а к горлу подкатывала тошнота… «Когда же это закончится, заберите меня отсюда…». Он пытался ползти вперед, но “Матиасов” становилось все больше и больше, так что казалось, он не двигается, а ползет на месте. Одинаковые блондинистые мужчины стали окружать его, подступая все ближе…Брайан захныкал, предчувствуя расправу и в панике закрыл глаза. Его кто-то тряс за плечо. Молко по-прежнему сидел на дороге, весь грязный, со сползшими штанами, а перед ним стоял всего лишь один светловолосый парень. Причем не Матиас. Зато Бойд Холбрук. Кошмар стал приобретать совсем иные обороты. Здесь Молко даже повезло, что он был слишком пьян, чтобы догадаться об этом. Только Холбрук сразу узнал рок-звезду даже в таком неприглядном виде.
- Нужна помощь?
- Мальчик, а ты что, бойскаут? – огрызнулся Брайан, пытаясь зацепиться взглядом за какую-нибудь одну точку, но весь мир вокруг будто пустился в пляс, так что Молко никак не мог восстановить целостную картину происходящего.
- Нет, меня просто хорошо воспитывали в детстве. Помочь вам подняться?
- Видишь ли, я не могу сейчас точно оценить, насколько хорош твой ротик, чтобы ты смог мне что-то там поднять…u know, what I mean, гррххх - Брайан грязно загоготал, чем вызывал у Холбрука волну отвращения. Но ему слишком понравилась только что родившаяся в голове идея показать Матиасу убранного в хлам Брайана Молко, которого он к тому же нашел валяющимся в какой-то подворотне. Поэтому Бойд не сдавался.
- Если вы встанете, то можете убедиться, что мой рот также хорош, как и моя задница.
- Надеюсь, меня не посадят за совращение малолетних, га-га…- Брайан снова захихикал и попробовал самостоятельно подняться с дороги, но его качнуло в сторону, и тут уже Холбрук помог ему встать на обе ноги. Выглядел Молко настолько непотребно и убого, что Бойд заулыбался. Матиас должен оценить его шутку. Брайан же принял же это выражение радости на лице мальчика за предвкушение удовольствия от ночи со звездой, поэтому постарался выровнять походку и принять как можно более благородный вид, что делало его еще более нелепым.
- Детка, это будет лучшая ночь в твоей жизни…– внезапно проснувшееся тщеславие не давало Молко покоя и мысль о том, что его все по-прежнему хотят, опьяняла еще больше.
- О, не сомневаюсь! – «выдающуюся ночь» Бойд уже ехидно смаковал в своем воображении во всех красках. Когда еще выпадет случай немного подшутить над этой заносчивой звездой Молко. Сейчас Брайан даже не казался ему таким противным, просто жалким. И как Матиас только мог быть с ним…
Холбрук запихал тело Молко в машину, и сев за руль, как можно быстрее покатил домой, чтобы показать свою чудесную находку Матиасу.
Проблема была в том, что когда они приехали, Брайан вырубился, и привести его в чувство было уже не в силах Бойда.
- Черт бы тебя побрал, Молко! Смотри, еще не сдохни мне тут…
Холбрук позвонил Матиасу.
- Дорогой, спустись пожалуйста вниз, я тут тебе кое-кого привез.
- Что-то поздновато для гостей, не находишь?
- Ох, этот гость тебе понравится, так что поспеши.
- Ладно, сейчас буду.

Матиас ожидал увидеть кого угодно, только не Брайана.
- Что это такое?
- Это маленькая гнусавая звездень, не узнаешь? Я нашел его ползающим в невменяемом состоянии у одного бара, пьяного в хлам как последняя лондонская барыга…
- Прекрати, это не смешно.
- А по мне так наоборот, это жуть как забавно! Может, сдадим его в полицию? Или позвоним фотографу из NME…где там еще его особенно любят, впрочем, можно звонить в любое издание, его же любят всюду…
- А может, ты поможешь затащить его домой?
- С меня хватило, что я привез его сюда, не собираюсь больше пачкать руки, если ты не видишь, он весь в дерьме, потому что валялся черт знает где… вдобавок, от него разит винищем.
- Хорошо, я сделаю это сам.
Благо, Молко не был тяжелым, да еще после голодовки…Матиас почти без труда донес Брайана до квартиры и первым делом, до ванны.
- Что ты затеял? – недоуменно спросил Бойд.
- Привести его в порядок. Или ты хочешь, чтобы он испачкал твои любимые шелковые простыни?
- Он не будет спать на моих простынях.
- А о чем ты думал, когда его привез?
- Еще не поздно отвезти его обратно. И я больше ни-ко-гда не буду делать такие добрые поступки, пусть бы окочурился там или его сбила машина, не знаю, как на счет тебя, но я бы не огорчился…
- Не надо, Бойд, я не хочу ссориться. Раз он здесь, то мы его уложим в отдельной комнате, а сами будем спать вместе, договорились?
- Значит, ты сейчас его будешь раздевать, купать как дитя малое…
- Ты хочешь мне помочь?
- Нет уж, спасибо, вдруг он где-нибудь вшей подхватил на улице.
- Я с этим справлюсь. Иди ложись, а я скоро к тебе присоединюсь.

Матиасам иногда не понимал в чем же причина череды его сменяющихся партнеров. Причем самых лучших, о которых только можно было мечтать, они проходили быстрее, чем менялась мода. Может, он пытался увидеть в их глазах отражение собственной красоты? Он пытался, наконец, увидеть то, о чем все ему говорили, осознать всю власть своей внешности…но почему-то чаще он чувствовал себя ее заложником. Он не мог поверить и принять мысль о том, что теперь его лицо и тело приносят огромные гонорары только потому, что по случайной улыбке фортуны, природа наградила его красотой, от которой люди теряли головы…Он мог соблазнять одним лишь взглядом, распахнув призывно свои зелено-голубые глаза и небрежно поправляя непослушный золотой локон. Им восхищались, только эти комплименты мало имели для него значения. Человек, которым восхищался он, прогнал его, как привокзальную проститутку. Ох, ему было так просто общаться со всеми людьми. И ни с кем у него еще не возникало таких трудностей, как с Брайаном.

Бойд же проклинал сраного Молко и тысячу раз пожалел, что подобрал его. Но, так или иначе, Матиас с ним, и этот Брайан ему явно не соперник. Холбрук быстро скинул одежду и пристально посмотрел на себя в зеркало. Идеальное тело. Собственное отражение его достаточно утешило для того, чтобы он быстро забыл о всяких раздражителях.
Тем временем, Матиас набрал теплой воды, и, бросив одежду Молко на пол, положил осторожно его в ванную. Несмотря на все его действия, Брайан впал в глубокое забытье и никак не реагировал. Матиас сразу заметил, как сильно исхудал Молко за это время, так что даже ребра выпирали. А ведь когда-то в отеле он тоже купал Молко…усталого и пьяного…и сейчас он был перед ним, с изможденным лицом, совершенно беззащитный, обнаженный…только не было больше роз. А ведь как ему тогда хотелось покрыть все его тело поцелуями, от головы до кончиков пальцев…человека, которого он любил…или ему так казалось. И вот какая шутка, сейчас он вытрет его мягким полотенцем, и не успеют еще последние капли обсохнуть на его теле, как он уже будет лежать в объятьях другого парня, а Брайан спать в другой комнате. Казалось бы, всего лишь стены, но на самом деле – пропасть. Матиас отнес Брайана в постель, одел на него одну из своих рубашек, которая Молко доставала до колен, затем накрыл теплым одеялом и как можно тише закрыл дверь, оставляя за не все свои сожаления.

Изгибы тела Матиаса нравились Бойду не меньше своих. Когда он увидел его обнаженным первый раз, то испытал неописуемый восторг, и это трепетное ощущение возникало каждый раз, когда он смотрел, как Матиас раздевается. Бойд давно мечтал о любовнике, который бы обладал не менее идеальной фигурой, чем он сам, и хоть был наслышан о датском мальчике, но когда он увидел Лауридсена на том приеме Валентино, то убедился воочию – слухи о его красоте ничуть не преувеличены. Он действительно подкупал каким-то своим особенным обаянием, грацией и благородной сексуальностью… Холбрук понял, почему все крупные модельные дома пытаются заполучить к себе лицо Матиаса: лучше всего продается секс. А Матиас – он был все равно, что секс для избранных. Не для всех, но для самых успешных представителей общества - богемы. Лауридсен действительно стал важной находкой для фэшн-индустрии. Но еще более удивительным открытием он стал для Бойда. Он заметил его на приеме сразу. У Матиаса был в руке бокал с шампанским такого же мягкого золотого цвета, как и его волосы. Бойд внимательно наблюдал, как, сделав небольшой глоток, Матиас облизнул губы… это машинальное движение перепутало в голове Холбрука все мысли, он больше ни на кого не мог смотреть и даже потерял интерес к зеркалам, хоть их здесь было предостаточно. Во что бы то ни стало, ему хотелось подойти и попробовать эти губы на вкус, повторить их гордый изгиб, проведя своим языком по самому контуру… Однако, хоть это и был прием в честь дня рождения Валентино, навряд ли целующиеся модели входили в обязательную развлекательную программу, поэтому Бойду пришлось ждать, пока Матиас не надумает пойти в уборную. Только его ожидания не оправдались, потому как белокурый принц вообще скоро засобирался на выход. Упустить такую дичь Холбрук не мог, и он на ходу строил немыслимые планы, как увлечь за собой этого прекрасного датчанина. Только когда Бойд подошел вплотную к Матиасу и уже открыл рот, чтобы начать свою атакующую кампанию, как Лауридсен опять спутал ему все карты.
- К тебе или ко мне?
- Эээ…не так быстро…дай мне опомниться…
- Ну мы же не будем тратить время на обсуждение последних модных тенденций, верно, ты не этим хотел со мной заняться?
Бойд придвинулся вплотную к Матиасу.
- Тогда ко мне. И я рад, что наши желания чудесным образом совпадают, – понизив голос до шепота, он добавил - потому что я хотел тебя с первой секунды, как только увидел.
- Считай, что я умею угадывать мысли.
- Тогда ты знал, что не уйдешь отсюда один?
- Я знал, что уйду отсюда только с самым лучшим.
Этот комплимент, с изящной небрежностью посвященный Холбруку и одновременно показывающий явную пресыщенность Матиаса завели Бойда еще больше, заставив буквально потащить датского принца за собой…они даже не сразу доехали до дома, занявшись экстремальным сексом прямо в первой попавшейся телефонной будке…благо, было темно и шел сильный дождь…они сбрасывали свои шикарные пиджаки и галстуки прямо на землю, золотые запонки летели в разные стороны…и это чувство фантастического упоения и немого торжества Бойд испытывал каждый раз, когда касался пальцами гладкой кожи Матиаса…когда он, убирая локоны с его лица, осторожно касался губами шрама на левой щеке, который придавал Матиасу какое-то величие и вместе с тем, напоминал, что этот мужчина из крови и плоти, такой же, как сам Бойд…И порой, в минутах глубокого экстаза Бойду казалось, что он трахается с неким своим перевоплощением.

Better in the head and in bed at the office
I can suck it and smile


Брайан проснулся от острой потребности в воде. В горле пересохло настолько, что он не мог пошевелить языком, распухшим от жажды. Молко плохо еще понимал, где находится и что произошло, вдобавок, ноги его не слушались, а в голове жутко гудело, стучало и, кажется, даже ухало. Ошибочно приняв сие жилище за свое место обитания, Брайан на ощупь поплелся туда, где предположительно у него должна быть кухня. Кухня нашлась быстро, но мало похожая на его собственную. Но так как главной целью Брайана была вода, то обнаружив ее, он был уже удовлетворен, и никаких лишних вопросов задавать себе уже не мог. Но осложнения так или иначе возникли, когда на своем пути обратно в постель Брайан наткнулся на спальню, которая была занята двумя мужчинами. Сначала Молко удивился с некой долей встрепенувшегося возмущения: а хуле они здесь делают, когда еще несколько минут назад это была его кровать…откуда здесь взяться двум пидорасам…Постепенно ситуация стала проясняться, а мозг Брайана трезветь. Предположения и объяснения, как такое могло произойти, посыпались на него градом, начиная от простейшего «кажется, я слишком много выпил» и заканчивая мистическим «брошенные души всех моих любовников позаботились, чтобы устроить мне персональный, эксклюзивный Ад, где я буду мучиться вечно». Похоже, не только в этой жизни, но и за ее пределами, он был приговорен наблюдать, как вдохновенно совокупляется с другими мужчинами его бывший любовник.
Было даже не больно, а как-то…по-обыденному обреченно. Брайан чувствовал себя на удивление спокойно, и обеспечивало ему это спокойствие тихое и глубоко-меланхоличное ощущение безнадежности. Даже не ощущение, а состояние. Это поначалу он трепыхался, скандалил, строил целые теории, разрабатывал стратегии, усыплял себя сладким самообманом, а теперь все его внешние нагромождения, защитные образы и отговорки рушатся как карточный домик, иллюзии рассыпаются в прах. Когда стоишь на краю пропасти – страшно. Когда стремительно летишь вниз, в самую бездну – страшно. А когда твое тело расшибается об землю, один миг и все…пустота. И за ней уже ничего. Вот он остался один на один с пустотой, со своей реальностью, которую нужно принять. Сейчас он смотрел на нее, именно такую, какой она была. Матиас прекрасно уживается с Бойдом Холбруком. Если раньше у Брайана было хоть какое-то превосходство и уверенность, что юношеская любовь Матиаса к нему жива, и отчасти это держит их вместе, то теперь Брайан и вовсе не видел причин, которые могли бы побудить Лауридсена вернуться к нему. Молко даже как-то легче. Его будто отпустило огромное напряжение, бродившее в нем все это время. Поэтому он не испытывал какого-то неудобства и стыда за то, что его нерентабельного, пьяного в говно, привез его злостный соперник, который ловко подхватил то, что Брайан потерял; что над ним, вероятно здорово потешились и что выглядел он весьма скверно. Ради кого тут козырять своей гордостью и звездностью, когда ему стоит просто признаться – это конец. И уйти.

Брайан вернулся в комнату, где ему первоначально было уготовано место. Его собственных вещей нигде не было. Кхм, тяжко…он вообще не помнил, какая на нем была одежда, и что с ней произошло. Очевидно, Матиас переодел его в одну из своих рубашек, потому что она была Брайану до колена, но не может же он в таком виде отправиться домой…хотя, после вчерашнего, это, может, будет не так уж и вызывающе, но все-таки, надо как-то вызвать машину…а он даже не знает адреса…с таким раскладом остается лишь ждать да утра. Или до обеда…когда там эти любовнички натрахаются, выспятся и вспомнят о своем нежеланном госте. Молко лег обратно. Хотелось закурить, но у него не было сигарет и к тому же, он не знал, как относится к курению хозяин квартиры…в общем, в его положении лучше вести себя как можно скромнее и ничего не предпринимать. Пришлось слушать то, что происходит за соседней стенкой, к тому же в темноте и одиночестве слух как-то обостряется, тем более Молко был музыкантом…после 15 минут такого испытания Брайана уже начали преследовать слуховые галлюцинации, мерещиться музыка и будто бы Матиас шепчет его имя…или возможно, Молко очень хотелось, чтобы «Бойд» звучало как «Брайан».
Утро подступало так медленно и неуверенно, что казалось, оно никогда не настанет. Брайан готовился уже бежать из этой квартиры в одной простыне, но услышал шаги из спальни на кухню и быстро последовал туда же. Рискуя напороться на Холбрука, ему все-таки повезло, т.к. это оказался Матиас.
По традиции лицо блондина выражало некую смесь из ленивого безразличия и внутреннего превосходства. После такой жаркой ночи, выглядеть так естественно безупречно, пожалуй, мог только Матиас.
Брайан заговорил первым.
- Я очень сожалею, что, вероятно, причинил вам такие неудобства…честно, я не совсем четко помню, что было…но раз я здесь, то явно случилось нечто скверное.
- Ты всегда верен своим привычкам. Бойд подобрал тебя и, не зная, что с тобой делать, привез сюда. Если ты думаешь, что я его за это похвалил, то сразу говорю – нет. Но у нас не было выбора. Ты выглядел очень худо.
- Только не надо меня жалеть, о’к? Я итак пережил не лучшие минуты в своей жизни, но смогу справиться с этим один. Без вашего обоюдного милосердного сочувствия.
- Мне кажется, ты должен быть благодарным Бойду.
- Дааа…Что ж, спасибо за спасение…Хотя я и сам не могу тебе точно сказать, что я бы больше предпочел…но не в этом дело, и я не хотел бы больше тебя отвлекать, кхм…в общем, не знаю, что я должен сделать, точнее, лучше всего будет уйти, просто я не знаю, как именно…прости, за путанные объяснения…
- Как я понимаю, тебе нужна твоя одежда…с этим будет сложно, она, видишь ли…
- Ничего. Это неважно.
- Я могу поискать что-нибудь подходящее для тебя у Бойда…
- Не надо, он итак слишком много для меня сделал…так что спасибо еще раз, я как-нибудь так дойду…
- Если я ее не выкинул…
- Вместе с моими трусами, потому что их тоже нет…
- Да, это я тебя раздел…
- Мне не привыкать, ты не объясняй…
Матиас посмотрел на Брайана, и Молко соответственно поднял на него глаза…Ему показалось, что сейчас Матиас улыбнется снисходительно, обнимет его и скажет, что все это было страшным сном. Но ничего не изменилось на лице блондина, он лишь коротко кинул:
- Я сейчас принесу тебе одежду.
Когда Лауридсен вернулся с вещами, Молко взял их, моментально оценив всю скверность состояния вещей, и так как пора было уходить, он решил хоть за что-то зацепиться на прощание:
- Ммм…послушай…раз я виноват в том, что наши отношения перестали существовать, то я хотел бы воспользоваться старым клише и предложить тебе остаться друзьями.
- Не надо брать на себя вину распада того, чего не существовало, и не будет существовать.
- Значит, ты отвергаешь мое предложение?
- Я отвергаю твою попытку создать образ, будто бы мы были парой, которая распалась. Мы не были парой. Никогда.
- Ха…- Брайан нервно хихикнул, - кто знает, что у нас впереди…Это предполагает…
- Это предполагает, что когда ты перестанешь воспринимать меня как бойфренда, то мы можем остаться друзьями. Впрочем, я не знаю, как ты себе это представляешь, так как любая ответственность меня тяготит. Одним словом, мне все равно. Только я не вижу смысла.
- Договорились, я не буду жаловаться, что ты не заботишься обо мне, если бы ты согласился хоть иногда присылать мне открытки из различных отелей. Пусть даже это делал бы за тебя твой агент. Или портье…
- Ты такой чудной, Брайан, не понимаю, зачем тебе это, мне кажется, все итак ясно…
- Я не настаиваю. Так, просто подумал…минутная слабость…конечно, ты прав, это глупо, - Брайан попытался улыбнуться, но вышло это слишком измучено. Глаза у него закрывались от усталости, но в первую очередь от желания закрыть дверь…ту дверь в спальню, куда он случайно заглянул. Он уже боялся, как бы у него не возникло фобии перед полуоткрытыми дверями, но ясно одно – больше он никогда не будет интересоваться, что там за ними скрыто.
Однако Матиас как всегда был непредсказуем:
- Ну почему же, про открытки это может, действительно глупо, но в остальном – я согласен быть…твоим другом. Мне бы не хотелось терять тебя.
От последних слов у Молко защемило внутри, и он постарался быстрее скрыться.
Брайан постарался уехать еще до того, как Холбрук проснулся. Он больше не мог придумать, чего бы еще такого сказать Матиасу, поэтому они обменялись какими-то незначительными фразами и разошлись.

In this blues I'm singing, there's a lesson to be learned
you go round smoking, you're gonna get burned
Fuck me what have I done wrong?


После этого случая для Брайана наступил сухой закон, причем в категоричной форме. И Стив, и Стефан, которые неоднократно уже сталкивались с таким явлением добровольного и образцово-показательного отказа от спиртного, сразу поняли, что Молко попал в какую-то столь неприятную историю, что даже чувства сожаления и раскаяния здесь были бесполезны, ибо ничего уже не исправишь. Осталось узнать, какие именно обстоятельства так травмировали Брайана.
Благочестивая трезвость Молко могла бы развиться до самых страшных размеров, если бы не произошедший со Стефаном интересный случай.

- Брайан, мне кажется, то, что я сейчас расскажу, должно хоть как-то приободрить тебя.
- Если ты хочешь поделиться своим сексуальным опытом, и поведать мне, какую вы новую позу сочинили с Тедди – можешь даже не утруждать себя. Я отлично себя чувствую.
- Позволь мне все же начать. Вчера мы с Тедди…
- Стеф, я же просил…
- Нет, ты послушай! Вчера мы с Тедди, как водится, после горячего секса, решили поделиться нашим позитивным настроем с другими людьми, и пошли в клуб потанцевать. Мы танцевали очень страстно, поэтому вскоре я вырвался к барной стойке, чтобы выпить чего-нибудь освежающего и тут…я увидел какой-то небесный свет…
- Ты что, обдолбался?
- Я был настолько ослеплен, что я не сразу понял, в чем дело…не думал, что два умопомрачительных блондина вместе создают такой эффект. Там были Матиас и Бойд.
- Я не хочу ничего об этом знать. - Брайан резко встал, чтобы уйти, но Стефан удержал его за руку.
- Нет, ты дослушай меня, потому что дальше речь пойдет о тебе.
- О, неужели Бойд Холбрук решил мне подарить на День Рождение абонемент на бесплатную выпивку в этом клубе? Это было бы так любезно с его стороны!
- Не хотел бы тебя огорчать, но я не заметил, чтобы твоя персона занимала хоть немного мысли Бойда, по-моему, на он так увлекся своим отражением в бокале, что на некоторое время даже потерял интерес к своему спутнику.
- О, я представляю, что должно быть с ним случилось, когда он увидел свой лик на сотне блестящих на полке стекляшек.
- Да, я думаю, если был какой-нибудь конкурс первенства для Нарциссов, Бойд бы там отхватил призовое место…правда, мне страшно представить, что могло бы случиться на таком мероприятии, где собрались люди с обостренной любовью к себе…
- Все что угодно, от кровавой резни, до массовой оргии…Но к чему ты ведешь?
- Матиас заметно похудел.
- И??? Ради этой новости ты затеял весь разговор?
- Нет, Лауридсен смотрел на меня так, будто пытался что-то сказать…
- Может, у тебя в зубах что-то застряло…
- Брайан, ты похоже совсем отчаялся! А я, между прочим, догадался сразу, что он хочет поговорить о тебе, но при Бойде это будет как бы не совсем удобно. Поэтому я пожертвовал своим Тедди, объяснив ему всю вашу затруднительную ситуацию (только не злись!), я отправил его на задание по отвлечению Холбрука на танец, снабдив всеми необходимыми инструкциями. Сам же я занялся Матиасом. Он выглядел несколько подавленным, поэтому поначалу я даже немного растерялся, как бы показаться навязчивым, но поскольку я действо вал в обстановке нехватки времени на долгие раздумья, то заговорил первым:
«Хороший вечер».
- Как остроумно, Стеф! Ты бы еще спросил: «Как дела?» - не удержался от комментария Брайан.
- Не перебивай, а то ничего не услышишь дальше! Так вот он отвечает мне:
«Да, кажется неплохой».
Брайан еле подавил смех.
«Вы вместе с Бойдом…»
«Мы пришли вместе…а когда я увидел тебя, то подумал, может…ну, может Брайан тоже здесь, но потом…этот, другой парень…»
«Тедди. Мой бойфренд. И он сейчас танцует с Бойдом»
«Кажется, ты не возражаешь?»
«Да и по тебе не заметно, чтобы ты испытывал муки ревности…скорее тоску по какому-то человеку…и это явно не Холбрук, не так ли? Матиас, почему ты не поговоришь с Брайаном?»
«Многое изменилось…Стефан, я не ожидал, что все так получится. Мы поругались с Брайаном, да, и я ушел на приём, где встретил Бойда…я хотел просто не думать о Брайане в ту ночь, а получилось так, что я остался с Холбруком, но по-прежнему не могу не думать о Молко. Я не предполагал, что наша размолвка с Молко перерастет в настоящую пропасть, которую с каждым часом все труднее сократить…Впрочем, извини, что я все это тебе рассказываю, но я знаю, как у вас отношения с Брайаном и…послушай, Бойд через несколько дней улетает в Милан, а у меня есть 2 приглашения на одну приватную вечеринку…вот, возьми одно, и если можешь, передай Брайану…если он вдруг захочет прийти».
Честно, я не успел ничего ответить, и ухватив быстрее прглашение, поспешил отодвинуться на другой конец барной стойки, ибо заметил приближающегося Бойда. Ну, какова новость, а? У тебя есть еще время, чтобы придумать какой-нибудь сногсшибательный наряд…я даже уже вижу, нечто простое, но очень изысканное и элегантное…а на шее шелковый черный шарф, который потом Матиас собственноручно снимет, и может, этот шарфик пригодится ему, чтобы связать твои руки и…
- Стеф, детка, очнись!! Я никуда не пойду. А свои фантазии с шарфиком можешь приберечь для Тедди.
- Я понимаю, ты волнуешься, такой неожиданный поворот событий, и если ты отказываешься из-за того, что тебе нечего одеть, то не паникуй, мы успеем купить тебе подходящий к случаю наряд…не нервничай, перед свиданиями все волнуются…
- Милый, у тебя что, уши заложило? Я не собираюсь идти ни на эту вечеринку, ни куда-либо еще вместе с Матиасом.
- Это как?
-Вот так. – Молко щелкнул пальцами. Спасибо, что ты за меня переживаешь, но кажется, ты слишком романтически настроен и увидел то, чего на самом деле нет. Если бы и впрямь Лауридсен так истосковался, то зачем ему ждать отъезда Бойда, чтобы ему куда-то меня пригласить? Он же всегда был таким независимым и свободным! Ну а я не девочка по вызову, чтобы бежать к нему сломя голову. И я не хочу чувствовать себя вором, покусившимся на чужую собственность. С самой нашей первой встречи я пытался Матиаса у кого-то украсть…у бесконечного списка мальчиков и девочек и бесконечных список модных домов, которые его арендуют…Я пытался вклиниться в длинную очередь хотящих Матиаса… При этом он остается хорошим парнем с открытой улыбкой, которого любят все, а я главной маленькой сукой. И я устал. Хватит с меня вечеринок.
Стефан посмотрел на Брайана так, будто тот лишился рассудка.
- После того, что у вас было…
- ЭТО у Матиаса было и с тобой в том числе, и вообще чуть ли не с каждым вторым. Матиас был у всех, только у меня его не было. Поэтому мне легче сказать, чего нам не хватало – любви. Я думал, я действительно верил, что он любит меня…пусть по-своему, пусть он никогда мне этого не говорил, но мне казалось, я умею читать между строк, умею отличать простую физиологию…и может, я слишком хотел, чтобы меня любили…
- Постой, я бы понял все твои обвинительные доводы, если бы ты сам не был звездой с толпой горячих поклонников за спиной.
- Грош цена моей популярности, когда по воле случая я застал Матиаса и Бойда…я был такой же как все, обманутый и брошенный любовник. Лишний.
- Подожди-ка! Ты мне об этом не говорил…
- О, нет, нет, только не начинай, я больше не скажу ни слова!
- Ты видел, как они занимались сексом?? Ты видел то, что мечтает лицезреть все гей-сообщество?
- Извини, что не заснял на камеру и не попросил улыбнуться для своих верных телезрителей, даже здесь я облажался!
- Не вини себя, у меня б в этот момент руки тоже были заняты…ну, я хотел сказать, что дрожали бы руки, дрожали, да…Во всяком случае, теперь я начинаю кое-что понимать…Я и не знал, что ты пережил такое. Но ведь фактически это нельзя считать изменой, как я понимаю, ты стал свидетелем их совокупления уже после вашей крупномасштабной ссоры?
- Это не измена, и это не ложь…А что тогда?
- Свобода передвижения…
- Да ты его защищаешь!! Свобода перемещения по Матиасу это получается трах с любым понравившимся ему объектом в любой точке земного шара, где бы он ни находился и кто бы не находился рядом! Потому что он трахал этого крашеного самодовольного ублюдка, когда я был в соседней комнате!
- Ты помешался, Брайан. Ты упрекаешь Лауридсена в том, чем грешил сам, потому что твои требования к другим гораздо выше, чем к себе. Это нелепо. И может, нелепым будет мой вопрос, но что ты делал в этой комнате, а?
- Неважно!...неважно, что я делал…- Молко замялся. – Но больше я себя таким испытаниям подвергать не хочу. А чтобы закончить этот тяжелый разговор, я сделаю вот так…и все! - Брайан разорвал на 4 части приглашение, сунув его останки в дымящуюся пепельницу. – Гори оно всё…
Если бы не вытянутое от удивления лицо Стефана, Брайан конечно, не стал бы так драматизировать, склеил бы скотчем приглашение и помчался бы на вечеринку, но…Ему надо было показать всем и в первую очередь себе, что он не потерял своей независимости, что он, Брайан Молко, не мог потерять голову от какого-то юнца, модели, звезда которой угаснет, как только модельеры найдут себе новое, еще более свежее и прекрасное лицо…и этот мальчик морочит ему голову…да пошел он к черту!

Главное было решиться. Жить без Матиаса. А это значит перестать тайком просматривать его фотографии на мобильнике…выкинуть майку, которую он собственноручно снял с Матти в первую ночь, когда Лауридсен остался у Молко, и которую Брайан потом благополучно заныкал, ибо она хранила не только особенный запах любовника, но и будто возвращала его к тому бурному, первобытному и необузданному счастью обладания. Пора было избавиться от всех этих мелких фетишей. Пора перестать глупо надеяться, что они когда-нибудь смогут быть полноценной парой. Красивый мужчина – чужой мужчина.

В день, когда была назначена та самая приватная вечеринка, Молко в своей квартире ходил вокруг да около бутылки виски, обозленный и раздираемый жалостью к самому себе. Затем решив, что нельзя отказывать себе в последнем утешении, откупорил заветную склянку и стал пить прямо из горла. После того, как содержимое бутылки значительно уменьшилось, Брайан почувствовал в себе первые ростки решительности. Он два раза засовывал майку Матиаса в мусорное ведро и столько же раз ее оттуда доставал, валяясь с ней в обнимку на полу и обильно увлажняя слезами…затем он снова пытался рвать и кромсать материал, но останавливался и из его груди вырывался отчаянный стон. Ему казалось, будто он собственноручно поворачивает нож в своем сердце. Тогда он пытался думать о Бойде и благодаря этому все-таки распрощался с майкой и не только Матиаса, но еще в придачу расчленил и несколько своих, он поудалял из телефона все смс буквально с закрытыми глазами, ибо если он помедлил и стал бы их перечитывать, то вполне бы мог натворить всяких глупостей.
Молко бушевал несколько часов, пока, наконец, не свалился без сил на свою кровать, глубоко затягиваясь и пуская дым в потолок, чтобы не смотреть на разгромленную квартиру. Брайан понимал, что задание по изгнанию призраков и признаков присутствия Матиаса в своей квартире оказалось гораздо сложнее, чем он предполагал. Он держался за эти воспоминания, за все мелочи, которые могли бы подтвердить, что белокурый датский принц действительно был ним, а теперь нужно было удалить эту опухоль из своего мозга.
Сложно было сказать, стало ли ему легче, ибо боль никуда не ушла…она словно обволакивала его всего и поэтому он стал к ней привыкать…Он успокоился. Иногда полезно осознать, что ты что-то безвозвратно потерял, и это уже никогда не будет твоим, чем терзаться сомнениями и лелеять надежду, что все еще можно вернуть.
Внезапно Брайану захотелось выйти на улицу. Он быстро накинул куртку, схватил сигареты и уже на ходу обматывал шею черным теплым шарфом. Спустившись по лестнице, Брайан не успел отойти от дома и на пару метров, как почувствовал, что кто-то пристально смотрит ему в спину. Можно было тут же повернуть обратно и заскочить обратно в дом, но вдруг там его уже ждут? Ноги сами понесли Брайана вперед. Он был уверен, что за ним следят, но шел, не оглядываясь. Неприятный холодок пробежался по позвоночнику и Молко, поежившись, ускорил темп. Черт, а ведь он даже не взял с собой мобильника! Но ведь он находится в весьма благоустроенном районе Лондона, неужели здесь так просто можно похитить человека…или его убить…впрочем, тут же вспомнив кровавые покушения на жизни великих людей, Брайан с отчаянием подумал, что в мире нет безопасного места. Как назло, прохожие куда-то попрятались, а если кто-то и услышит его крики, запрут окна и двери покрепче, включат телевизор и предпочтут тактично ничего не заметить, жалкие людишки! Паника захлестнула Молко, и проклиная свою неосторожность, ему жутко захотелось бежать, бежать отсюда, чтобы вдруг внезапно очнуться у себя в постели, как это бывает, когда тебе снится кошмар. Но все было слишком реально и теперь его, возможно, преследует какой-нибудь маньяк или навязчивый поклонник…краски сгущались, воображение Брайана рисовало ему мучительные картины средневековых пыток, шаги сзади ускорялись, а его сердце стучало все сильнее…Но тут на свое счастье Молко заметил вывеску круглосуточного магазина, а перед ним какой-то закоулок, куда завернула компания, гремя бутылками. Тогда Брайан еще больше увеличил темп ходьбы, чтобы поравняться с ними. Страх постепенно уходил. Кто бы это ни был, здесь он ничего не посмеет ему сделать. И Брайан обернулся, в упор глядя на человека, который преследовал его. Зеленые кошачьи глаза сверкнули в темноте.
Во всем теле Брайан почувствовал такую тяжесть, будто его придавил катком, плюс виски на голодный желудок давало о себе знать.
- Матиас, ты в своем уме? Как это понимать? – выдохнул Брайан, а внутри него закипала ярость. – Бойда нет, так ты вместо него решил извести меня окончательно?!
От Молко не ускользнуло то, как губы Матиаса дрогнули и спохватившись, что произнес последнюю фразу слишком резко и громко, сбавил обороты. Самообладание постепенно возвращалось к нему, и Брай смотрел на блондина уже более снисходительно, хоть по-прежнему был рассержен.
- Так что это за выходка, ты мне объяснишь?
- Пожалуйста, только не говори со мной как учитель воскресной школы с негодным учеником… я извиняюсь, что тебя напугал…
- Знаешь, мы расстались и не имеет смысла притворяться, будто мне 15, а не 35, и говорить я буду соответственно.
Еще одна стрела, слетевшая с языка Молко попала в цель, отчего Матиас выглядел каким-то особенно растерянным и очевидно не настроенным отражать нападки разгневанной звезды.
- Стефан должен был тебе передать приглашение на вечеринку…
- Я получил его.
- И не пришел. Я ждал тебя. Я почему-то думал, что ты все-таки появишься…в самый последний момент.
- Я не Бэтмен и не Супермэн.
- Вот когда все мои надежды иссякли, я отправился к тебе домой.
- В три часа ночи??
- Я даже не думал заходить к тебе…точнее, я понимал, уже слишком поздно во всех отношениях. Я не могу объяснить, почему я пришел…меня тянули твои окна, так как я увидел, что в них пробивается свет. Я представлял себе, что ты там делаешь и на какой-то момент даже почувствовал себя бездомным, ибо когда-то я приходил в твою квартиру и спал на твоей кровати, но сейчас этот дом больше не мой дом, эта кровать не моя, и ты не мой…И тут словно на зов моих мыслей, ты выскочил из подъезда и понесся куда-то…В общем, я решил, что в три часа ночи ты можешь идти только к своему любовнику. Я не удержался и последовал за тобой. Я не знаю, что на меня нашло…Все это так глупо, прости. Я не должен вмешиваться в твою жизнь, и ты, наверное, спешишь…
- Вообще-то на улице чертовски холодно, и я вышел из дома не подготовленный к твоим путанным извинениям, а то оделся бы потеплее.
- Я вижу... твои губы совсем посинели от холода…- тут Матиас шагнул еще ближе и, глядя Молко прямо в глаза, осторожно прикоснулся кончиками пальцев его губ. Уже через мгновение он накрыл их своими губами.
Брайан отпрянул, прижимая ладонь к губам, не согретым, а обожженным. Попятившись назад, Молко испуганно смотрел на Матиаса, словно умоляя его не продолжать эту пытку. Так, один стоял на месте, другой отступал назад, но они оба безмолвно боролись каждый за свое. Глаза Матиаса похолодели, отчего казалось, если он сейчас подует или щелкнет пальцами, Брайан прекратится в ледяную статую. Отвернувшись, Молко пошел прочь. Но, не пройдя и двух шагов, он остановился, и снова развернувшись, направился прямо к Матиасу. Вплотную приблизившись к нему, Брайан твердо сказал:
- Повтори еще раз. Повтори еще раз то, что ты сейчас сделал.
Блондин наклонился и едва ли коснулся губ Брайана. Это была издевка. Только Молко набрал воздуха, чтобы что-то сказать, как Матти не дал ему это сделать, одним движением прижав его крепко к себе, и на этот раз горячо впился в его губы, настойчиво требуя от Брайана ответа. Когда же Молко смог все-таки оторваться, то, задыхаясь, произнес:
- Это ничего не значит, ты меня понимаешь? Понимаешь, да?! – и он уткнулся лицом в грудь Матиаса, всем своим существом вдыхая блаженный запах Гуччи.

Stay with me forever, stay as long as you want
Welcome to my country, but here you're bound to fall


А дальше Брайан не помнил, как они оказались в какой-то маленькой гостинице, ибо вариант своей квартиры Молко отверг сразу по причине ее временной нерентабельности после учиненного им погрома.
Брайан заперся в ванной комнате, но слышал, как им в номер принесли шампанское по заказу Матиаса. Вцепившись обеими руками в раковину, Молко пытался совладать с собой, потому что его всего трясло. Он ополоснул лицо водой, и тут же испытал отвращение к своему отвращению в зеркале. Слегка поплывшее от сегодняшнего возлияния, обострившие морщины, измученные, красные глаза, это было его лицо…и если пока оно было молодым, при правильном мейк-апе его еще можно было назвать привлекательным, то сейчас он выглядел как разбитый труженик сталелитейного завода после 12-часового рабочего дня. Господи, да ведь еще недавно, мужчины, закрашивающие седые волосы вызывали у него жалость! А теперь, он сам неизбежно стареет…и еще уродливей это всеобщее увядание выглядит на фоне молодого любовника-модели. Сначала тебя распирает восторг от сознания собственного превосходства и успешности, но чем, дальше, тем быстрее этот восторг сменяется страхом, а затем и осознанием уязвимости, заканчивающимся презрением к себе…И тут происходит парадокс: чтобы не быть посмешищем, ты начинаешь прятать своего юного друга, ибо если ты будешь чересчур молодиться, тебя уличат в неуверенности в себе и сумасбродстве, а если ты будешь выглядеть на свой возраст, то станут приписывать еще более обидные определения в виде педофила или вообще сутенера…А он…он ведь был не такой старый, но рядом с этим прелестным юношей становился похожим на потрепанного жизнью, сдающего позиции соблазнителя. Когда в душе тебя все еще живет подросток, оказаться в такой ловушке ой как нелегко…
- Брайан, ты идешь? – Голос Матиаса вернул его в реальную жизнь.
- Да-да, одну секунду, - ответил Брайан как можно более бодро. Он сам загнал себя в эту ловушку. Уверенность в себе, которой он достигал годами, снова покинула его. Он не мог выйти из ванной, потому что знал, когда ты полностью обнажен, то все твои защиты, которые ты пытался выстроить до этого, рушатся. Тебя видно как на ладони. И Брайан боялся, что потеряет над собой контроль и раскроется…
- Брай…ты не утонул? Может, мне нужно вызывать спасателей?
- Нет…я уже выхожу…только выключи свет, пожалуйста.
Это было новой причудой Молко, но Матиас покорно выполнил его просьбу. Брайан вышел, сев на краешек кровати. Матиас подвинулся к нему ближе, нежно поцеловав между лопаток, затем в плечо…он слизнул языком капельку воды, скатившуюся по шее Молко и на некоторое время задержав там губы, отстранился.
- Ты дрожишь…что происходит?
Молко понимал, того, что должно случиться – не избежать. Ему придется так сделать…Он обернулся и посмотрел Матиасу прямо в глаза, которые сейчас казались ему еще красивей, чем прежде. Затем он ласкающее коснулся взглядом его шрама на щеке, любовно глядя на благородные скулы и чувственный изгиб губ… «Разве этот мужчина может быть моим?», - горько вспыхнуло в голове, но он тихо сказал:
- Все в порядке, не спрашивай ни о чем. Просто продолжай…
Матиас лег на кровать, потянув Брайана за собой. Проведя рукой вниз по позвоночнику, он обнял его и некоторое время они так и лежали молча. Тепло другого человека грело его, но Молко не мог понять, в чем дело. Вдруг от страшной догадки ему стало так больно, что он еле сдержал подкативший к горлу ком.
- Мое тело…Я не возбуждаю тебя. Господи, Матиас, это подло, но я не могу тебя винить и увы, ничего не могу предложить лучшего…
- Остановись, Брайан, иначе твои фантастические предположения опять доведут нас до скандала…Я же чувствую, что что-то не так. Пусть я не могу залезть в твою голову, чтобы узнать причину, но я так понял, что не хочешь ты…потому что даже в темноте я вижу на твоем лице столько сомнений, что тут и мне стало страшно, сумею ли я их побороть…
- Ты должен понять…
- Да, я знаю...Я должен понять, что ты никогда не простишь мне Бойда, уж прости что поизношу его имя, которое тебе так неприятно. Сначала, когда ты вернулся и поцеловал меня, я готов был уже поверить, что ты сумел договориться со своим уязвленным самолюбием и обуздать свою ревность, но затем радость отступила, ибо тут просто победило твое желание обладать. Тебя влечет ко мне, хоть ты этого и не хочешь…Но ты готов отказаться от желаемого во имя каких-то там своих убеждений…
- Ты слишком умный для модели, тебе этого никто не говорил?
- Это тот богатый опыт, который ты предпочитаешь во мне не видеть. А сейчас извини, пока ты там решаешь, что делать, можно я немного посплю…я должен заботиться и о себе тоже.
Матиас лег на спину, закрыв глаза. Спящим он был похож на прекрасную греческую статую, Молко тут же вспомнил Платона, и это еще больше сбило его с толку.
Брайан еще долго не мог уснуть. Все было слишком необычно и странно для одной ночи. Матиас лежал рядом, и Брайану было решать, как поступить на этот раз. Если он уйдет сейчас, то это будет похоже на поступок взбалмошенной девчонки, которая сама не знает, чего хочет. Сначала он позволил затащить себя в эту гостиницу, а сейчас намеревается сбежать? Но как он может остаться, когда именно сегодня решил окончательно покончить с этими шашнями с датским мальчишкой и поэтому весь день посвятил преданию анафеме всего, что его связывало с моделью.
- Матиас?...Матти…- Брайан позвал его, но блондин и не думал просыпаться по первому его зову. – Матти, проснись, пожалуйста! – потребовал Брайан еще громче, однако и это не помогло. Тогда он решил действовать более радикально. Из ведерка с шампанским он достал кусочек льда. Немного призадумавшись, Молко положил лед на живот спящему мужчине, а затем взял льдинку в рот и стал медленно двигать его языком вниз по животу ровно до того момента, пока настойчивая рука не нагнула его голову ниже…Молко хитро улыбнулся, поднял глаза, но был вовсе не так прост! Он взял еще один кусочек льда и провел им по приоткрывшимся от едва сдерживаемого стона губам Матиаса…Последующая реакция даже немного застала Молко врасплох, ибо Матиас тут же перевернулся, таким образом, подмяв Молко под себя и прижав всем своим телом. Брайан чувствовал все напряжение момента уже потому, с какой силой впивалось ему в кожу явно не только бедро Матиаса.
- Ну сейчас ты у меня получишь, - прошептал белокурый красавец.
- Мне нравится, когда ты злишься, - Молко хоть и находился в положении жертвы, явно ей себя не ощущал, что давало ему право немного понаглеть.
- Потому что никто другой кроме тебя не может так меня вывести из себя.
- Очевидно потому, что я твой кумир и мне положено быть немного стервозным.
- Если бы я знал, с кем мне предстоит связаться, я бы лучше слушал сладкоголосых Spice Girls.
Молко стал серьезным.
- Ты сейчас очень красивый.
- Не пытайся меня задобрить, ты все равно получишь свое…
- Матти, слишком много разговоров…Есть угроза, что ты станешь похожим на меня.
- Ни за что.

Брайан резко вскрикнул от пронзившей его боли, но на этот раз, она была сладкой и желанной. Доверившись темпу партнера, он почувствовал, как в голове образуется приятная пустота, уступавшая место голосу его возбужденной плоти. Брайан подался бедрами вперед, стараясь как можно полнее ощутить внутри себя Матиаса, однако Матти был не только Прекрасным Принцем, но и коварным любовником, поэтому не стал сразу потакать желаниям партнера. Чтобы накалить страсть до предела, он снизил темп, чем разрушил до основания выстраиваемые Молко психологические баррикады. Непристойные ругательства, выдаваемые Брайаном, смешивались с горячими призывами к действию, переходящими в исступленное бормотанье…он требовал и он умолял. Поскольку Матиас и сам был не в силах долго подвергать себя таким мукам, он перестал сдерживаться, двигаясь все быстрее и быстрее…И в этих уверенных движениях была вся красота и мощь его стройного, молодого тела; она сквозила в маленьких капельках пота, переливающихся на вздымающихся мышцах его спины, в стройных бедрах и по-модельному длинных ногах атлета…она была и в полуприкрытых глазах, и в непослушном белокуром локоне, упавшим на его благородный лоб…но вовсе не это делало их секс таким потрясающим, а нечто более глубокое. Но, прежде, чем Брай определился, что же это было, его захлестнуло такое наслаждение, которое мигом вымыло остатки мыслей из его головы.

Beyond the pale everything is black,
no turning back.


Первое, что почувствовал Брайан, когда проснулся, это руку Матиаса на своем бедре. Он улыбнулся, некоторое время еще пребывая в состоянии беспечной радости. По-кошачьи изогнувшись, он потерся щекой по груди Матти, улавливая носом тонкие, волнующие нотки Гуччи, которые теперь смешались с пряным запахом секса. Брайану хотелось замурлыкать от удовольствия, но вместо этого он ощутил вибрацию прямо у себя под подушкой. Странно, он не помнил, чтоб они вчера баловались какими-то игрушками…или это по неосторожности забыли предыдущие посетители этого номера? Рукой Брайан нашарил источник беспокойства, которым оказался мобильный телефон. Молко даже сам не понял, что наделал, когда машинально открыл пришедшую смс. На сердце упала гильотина. Ведь это был не его телефон. И смс пришла от Бойда. Однако останавливаться было поздно, ибо глаза уже жадно впились в буквы на экране:
«Я не мог ответить на твой вчерашний звонок, так как уже садился на самолет, хотел вылететь как можно быстрее. После того, как прочел твою смс, сразу захотел оказаться с тобой в постели. Будь готов, я голоден».
При одном упоминании о Холбруке Брайана начинало тошнить, вот и сейчас во рту появился мерзко-горьковатый вкус. Матиас звонил Бойду! А он, как последний олух повелся на эти сказки про Вселенскую Страсть, будто бы Матти действительно убивался без Брайана…Оказалось, что привела к нему Лауридсена просто скука…желание чем-то себя занять в отсутствие Английской Суки Номер Один…И тут, конечно, безотказный, удобный Молко, который готов на все, стоит только этому датскому мальчику похлопать своими миндалевидными глазками и все! Запасной вариант не подведет…Тошнота нарастала от глубокого разочарования, обиды и обмана. Снова он открыл не ту дверь…Надо бежать, пока Синяя Борода его окончательно не прикончил.

Брайан соскочил с постели, на ходу натягивая трусы и путаясь в штанах. Пока он скакал на одной ноге, то нечаянно задел настольную лампу, грохнувшуюся на пол. Матиас проснулся и удивленно смотрел на Молко, не совсем понимая, что происходит.
- Брай…ты куда? – Спросонья в голосе Матиаса сильнее чувствовался датский акцент, что вкупе с приятной хрипотцой делало его просто невероятно возбуждающим. Но это уже не могло остановить Брайана.
- Моя…к своей любовнице, которая так вчера меня и не дождалась, а теперь звонит с угрозой спалить всю мою квартиру. Я бы не стал так переживать, но у нее есть ключи и в прошлый раз, когда я задержался в очереди за хлебом, она уже засовывала демо-записи моего нового альбома в микроволновку…горячая женщина! И ты не скучай! Мерси! Да, кажется, тебя тоже уже заждались!- О своей последней фразе Брайан тут же пожалел, но, учитывая, как он бред наговорил выше, главное было побыстрее смотаться, что он и сделал, воспользовавшись замешательством блондина.
Поймав такси, Брайан подумал, что одним побегом из гостиницы ничего не решить, надо на некоторое время вообще исчезнуть из города. Не потому, что он боялся, будто Матиас будет его искать, или попробует удержать, а он снова не устоит… нет, а потому что даже в этом промозглом хмуром городе стало слишком жарко для них двоих.

Days, golden day still to come
And what…
What we'll say to those who are gone


Матиас еще некоторое время смотрел на дверь, приходя в себя. Когда же он достал телефон, чтобы посмотреть, который час и одновременно проверить сообщения, то застонал, обессилено откинувшись на подушки. Теперь все сложилось в одну картину, в центре которой, конечно, был Бойд. Он потянулся к нетронутой бутылке шампанского. Трудно было пожелать более омерзительного напитка в это утро: выдохшаяся, теплая жидкость красноречиво оповещала о том, что праздник закончился.

Молко был уверен в том, что он делает. Поэтому в этот же день уехал во Францию. Поездка оказалось очень удачной, ибо в Париже он не только нашел подходящего фотографа, который займется оформление их сингла, но и в лице этого фотографа – милую и нетребовательную женщину (условно будем называть её Хелена), ставшую для него необходимым утешением. Все получилось как-то очень естественно и само собой, так что Брайан даже забыл, что так бывает. Она была далеко не красотка, что его, в свою очередь, бесконечно радовало. Конечно, когда ее увидел Стеф, он сказал, что у всех бывают трудные времена, но Молко пропустил это мимо ушей. Он устал от глянцевых мальчиков и соперничества, а рядом с ней ему не нужно было с горечью провожать в последний путь каждый свой выпавший волос, не нужно было трястись, что на лбу легла очередная морщинка, а сбоку появилась новая складка и вообще, он прибавил в весе пару фунтов. И если ему и не было безмятежно спокойно, то по крайней мере, к Брайану возвращалась былая уверенность в себе. Теперь он мог не сильно переживать, что придет домой в неподходящий момент. Много лет он пытался найти компромисс со своим телом…привыкнуть, что, может, оно слишком маленькое, а фигура не такая изящная, как бы ему хотелось…не мужская, но и не женская, а что-то между…большой нос, большие глаза, большой рот, большие ступни и все это на коротких ногах…Сколько раз он смотрел на себя в зеркало с болезненной усмешкой. Фанаты копируют его прическу и мечтают быть похожими, считая его внешность безумно привлекательной, но он сам в это отказывался верить. Когда он был еще очень молодым, он мог преподносить свои недостатки как достоинства, играя роль фрика, но в 30 лет глупо уверять других в собственной неотразимости. Ибо он добился гораздо больше успеха, как считал, именно своим талантом, и это позволяло теперь ему не особо заботиться о том, какое впечатление он производит на общественность, хоть и по-прежнему любил щегольнуть. И вот, стоило ему прийти к шаткому внутреннему согласию с самим собой, как появилась эта датская модель, вдребезги разбив все его старания. А теперь приходится собирать осколки…
Да еще только сейчас он по-настоящему осознавал всю силу рекламы… и популярности Матиаса! От его зеленых глаз было не скрыться. Они преследовали его всюду: начиная от бутиков с одеждой и заканчивая магазинами оптики, что уж говорить о пресловутой парфюмерии, туда вообще, хоть не заходи, если не хочешь наткнуться на очередной плакат Gucci величиной с его рост. Даже когда у Молко начался концертный тур, ситуация не изменилась. Вскоре Брайан начал злобно думать, что если появится какой-нибудь секонд-хенд «класса премиум», то они тоже возьмут лицом своих товаров Матиаса, потому что этот молодой человек удивительным образом заключает в себе концепцию «из рук в руки», являясь ходячим ее примером. А самое главное, подобные частые переходы его ничуть не портят. Молко тихо возненавидел рекламу, облепившую паутиной каждый город, в который он приезжал, ибо считал эти плакаты чуть ли не попыткой вторжения на свою личную территорию.
Но самым большим испытанием для Брайана стало возвращение в свою квартиру вместе с новой пассией.

Он проснулся от ароматного запаха кофе и корицы. Ему снилось нечто беспечно приятное, так что хотелось удержать это сладостно-ватное состояния тела чуть-чуть дольше. Брайан лежал, обнимая подушку и на его лице блуждала легкая улыбка…когда же он открыл глаза, то Хелена в темно-красном, расшитом золотыми драконами халате, принесла ему горячий кофе на подносе в постель и сидела перед ним. Розовая пелена чуть не скатилась с глаз Молко вполне реальной слезой…но вовсе не от умиления. Он почувствовал себя так, будто под рождественской елкой вместо сказочной игрушки его мечты нашел учебник по занимательной математике и годовую подписку на журнал по механике в придачу. Брайан не понимал, что же не так, почему хочется обиженно надуться на весь мир, когда вот она, счастливая жизнь, преподнесенная ему буквально на блюдечке. Однако ему хотелось увидеть совсем другую картину. Ему хотелось проснуться и увидеть, как Матиас в одних трусах, а то и вовсе без них, ходит по его квартире, перемещаясь с грацией молодого животного. Он хотел украдкой наблюдать за естественной красотой, заключенной в этом молодом, стройном теле…как Матти шлепает босиком на кухню, и возвращается с коробкой кукурузных хлопьев. Они едят их сухими прямо в постели, а потом слизывают с губ друг друга сладкие крошки. А затем заниматься любовью. Или просто дурачиться. Смеяться вместе…ох, какая же у него очаровательная улыбка! Неспешно ласкать друг друга…снова провалиться в блаженный сон, властно положив руку на упругие ягодицы любовника, будучи преисполненным тайной гордости от обладания таким (!) мужчиной…
Молко поспешно прогнал эти навязчивые образы, но утро уже не было таким безмятежным. Кофе казалось слишком горячим, а она…она так лучше бы вообще надела капюшон на лицо, чтобы ему не бросались так резко в глаза все ее изъяны… Он стал едва сдерживаться, чтоб не вспылить без причины…Он действительно никогда не хотел ей грубить. Она нравилась ему. Ровно до одного момента.
Пока она не пришла окрыленная и не сказала ему…да нет, она не была беременна. Она сообщила, что ей поступил крупный и очень выгодный заказ от Calvin Klein на фотосессию, а ее моделью будет Бойд Холбрук.
Брайан еле подавил в себе первую вспышку гнева, но сейчас это было еще сложнее. Ну почему эта недавно еще милая женщина хочет все испортить! Она ждала от него поздравлений с успешным заказом, а он сидел и скрежетал зубами, мысленно зашивая себе рот, чтобы не высказаться по поводу Бойда. Богатое воображение уже вражески подсовывало ему картинки, как Хелена фотографирует обнаженного Бойда, восхищаясь его чудным телосложением и потом они оба как заговорщики ядовито смеются над ним… Поэтому Брай уже перестал считать себя виноватым, когда она сама полезла к нему с расспросами.
- Что с тобой? Я думала, ты хотя бы порадуешься за меня.
- Если тебя и правда интересует мое мнение – это провальный проект.
- Ты намекаешь, что я такой никудышный фотограф, не стою такого заказа?
- Нет, я вовсе не то имел ввиду…Просто откажись от этого.
- Ты шутишь? Почему же я должна отказываться? Для меня это реальный шанс показать все, на что я способна, раскрыться как художник. Тем более, с такой шикарной моделью, у меня есть все условия для полного успеха.
Молко взорвался.
- Аааа, даже так… может, вы уже познакомились ближе? Нет? Могу дать тогда совет: он не возбудится, пока не увидит свое великолепное отражение в зеркале!!
- Ты понимаешь, что говоришь?!
- Я-то понимаю, а вот вы все похоже тронулись умом по этому Холбруку! На нем что, свет сошелся клином? Что в этой выскочке такого особенного? Что он корчит рожицу «я прекрасней всех на свете»? Да он всего лишь какая-то сраная модель! И если он вдруг завтра случайно оступится на своих ножках-костылях и проедется надменным личиком по асфальту, то никто и не вспомнит о нем!
- Знаешь, по-моему тебе надо остыть. А я лучше переночую у подруги.
Она ушла.
А ему страшно захотелось наполнить свои легкие табачным дымом. При ней он старался не так сильно злоупотреблять сигаретами, потому что знал, ей это неприятен запах, но теперь он дал себе волю. В конце концов, это его квартира, а уж здесь он мог курить сколько хочет, говорить, о чем хочет и думать о том, о чем ему хочется. И даже…даже если он сейчас снова начнет думать о Матиасе…Кому от этого будет хуже? Только ему самому. А причинять боль самому себе ему не привыкать. Выдержит как-нибудь.

Как же он все-таки скучал по нему! Как он скучал…Если бы Матиас только знал, если бы мог догадаться! Впрочем, он сам предпочел сбежать, чтобы мучиться ядом невысказанных слов. Как слепых щенят он топил эти слова в собственной горечи. Потому что рядом с милым образом Матиаса всегда появлялся жуткий призрак Бойда. И если лицо Матти было манящим и нежным, то Бойд издевательски смеялся…громко и вызывающе. Он смеялся и в этом режущем смехе Брайан слышал презрение и власть. Так смеются все злодеи, которые собираются поработить и уничтожить какое-нибудь сказочное королевство. Это был гадкий смех, и каждый раз, когда Брайан видел, что вот так, смеясь, Бойд забирает у него Матиаса. Милое лицо постепенно таяло, оставался только искривленный в смехе рот Бойда и черная дыра, расползающаяся, накрывающая все вокруг.
Молко очнулся. Черная дыра сузилась до размера переполненной пепельницы. Только призраков принца датского ему не хватало! Мало того, что он тут сидит и безнадежно потухает, так еще и галлюцинации наяву.

This is only a game,
this is only a game...


Пару раз он пытался позвонить Хелене, чтобы все уладить. Но что-то внутри мешало ему это сделать. А потом Брайан и вовсе остыл, отстранившись от происходящего. Возможно, у него даже получилось бы забыть все и смириться, если бы через несколько дней она не позвонила сама.
Поначалу сквозь дикие рыдания в трубке он даже не мог разобрать, что она говорит (в панике сбиваясь на свой родной вьетнамский нах).
- Браааайааннн, - она отчаянно всхлипывала, - Брайййаан! Пожалуйста, помоги мне…я не знаю что делать…
- Подожди-подожди, не плачь, я ничего не понимаю…что произошло??
- Брайан…это кошмар…пожалуйста, я не знаю…это так ужасно…
Рыдания были такие сильные, что Брайану казалось, из его телефона сейчас потекут сопли.
- Успокойся, прошу, тише…ты можешь мне внятно объяснить, что случилось?
В трубке раздавалось сплошное бульканье.
- Господи, да что же с тобой?
- Нннеее со мнооой…Брайан…я не знаю, как тебе сказать…ты подумаешь, что я…так виновата…но мне страшно! Я не знаю, кому еще позвонить…
- Можешь прекратить рыдать хоть на секундочку и все рассказать? Ты где сейчас?
- Я…я…Брайан…прости…я в квартире у Бойда Холбрука.- ее и без того невнятная речь превратилась просто в истеричный набор гласных звуков.
Молко отстранил трубку от уха, борясь с желанием отключить тлефон, но после некоторых размышлений, он заговорил, сам удивляясь глухому, металлическому звучанию своего голоса.
- И как ты там оказалась?
- Брайан, пойми…я была так зла на тебя…все вышло случайно…а теперь…я пришла к нему, потому что забыла…забыла…а он…лежит…дверь открыта, я вошла…и он лежит…в крови…Брайан, что мне делать, мне страшно!!
- Кто лежит?
- Бойд…он..здесь…кровь…его лицо…оно изуродовано…я боюсь его трогать…он не двигается…мне кажется…Брайан…я так боюсь…вдруг он…он мертв…
Но Молко был хладнокровен.
- И ты что, до сих пор не додумалась вызывать скорую??
- Я…я…я растерялась…я не знала…здесь валяются шприцы, и какие-то растворы…а Бойд…он…его кто-то сильно избил…это ужасно, Брайан, я ведь…я только зашла…и позвонила тебе…
- Наркотики, говоришь? Это еще интересней.
- У него глаза…закатились…я не знаю, мне жутко, я не могу на него смотреть…что мне делать, Брайан?? Приезжай, пожалуйста…помоги…
- Самое большее, чем ты сможешь помочь Бойду – это вызвать немедленно скорую. И себе ты тоже можешь помочь. У тебя фотоаппарат с собой?
- Но зачем…зачем?
- Я спрашиваю, он у тебя или нет?
- Д-да…я всегда ношу его с собой…о боже, это какой-то кошмар…
- Вот и умница. Если все действительно так, как ты описываешь, то у тебя есть шанс стать не менее знаменитой, чем Холбрук. Достань фотоаппарат и сделай пару кадров в самых выгодных для Бойда ракурсах.
- Брайан, он лежит полумертвый или уже мертвый!
- Но ты ведь хотела, чтобы все оценили твой талант фотографа? Ты же говорила, что Бойд прекрасная модель, и с ним у тебя есть возможность показать все, на что ты способна. Ведь это твои слова? Так что сама уже решай, способна ли ты все-таки или нет. Кстати, не сильно там увлекайся, и не забудь вызвать скорую, если она ему еще нужна.

Брайан закончил разговор, выключив телефон. Уже в который раз он находил подтверждение словам о том, что нужно бояться своих желаний. Они имеют свойство сбываться. Вместе с тем, он ощущал удивительное спокойствие. Нет, не злорадство, а именно спокойствие. Он не испытывал сожаления, потому что убедился: даже с небожителями случаются неприятности, а значит, порой никакая красота не спасет от той гнили, что внутри.

They love you when you're on all the covers
When you're not, then they love another.


Сам он не читал, но уж Стефан не поскупился на подробные описания всего того, что случилось с Бойдом. Лишь один раз Молко взял в руки прессу, чтобы лучше рассмотреть имя автора живописных кадров, наглядно демонстрирующих, в какое дерьмо могут вляпаться даже самые красивые жители нашей планеты. Фото прилагались ко всем статьям, посвященным оскандалившейся супермодели. Газеты смаковали как коршуны то, что, по сути, являлось личной трагедией. Кому, как не Брайану было понятно, что эти писаки-кровопийцы причинят Холбруку больше вреда, чем тот изверг, избивший его. И здесь Брайан не видел здесь никакой своей вины. Каждый сам решает, переступать ли ему через определенные границы или нет.

Как говорилось в официальной версии произошедшего, Бойда подвела неразборчивость в выборе партнеров. По своему обыкновению, он наверняка был слишком увлечен собственной персоной и удовольствием, которые могут ему доставить наркотики, чтобы еще обращать внимание на того, кого он неосторожно привел домой. К несчастью Холбрука, его новый знакомый оказался каким-то извращенцем, который во всех одному ему известных формах воспользовался Бойдом, пребывающим в сильнейшем наркотическом забытье.
По телу модели явно хорошо прошлись ногами, табуреткой или еще чем-то тяжелым. Нос у Бойда был сломан, выбиты несколько зубов, правая рука переломана в двух местах…В нем едва ли можно было представить надменно-красивого молодчика, с тонкими чертами изнеженного английского денди.
Когда Брайан узнал все это, он на секунду представил, что подобное вполне могло произойти и с Матиасом…Какой-нибудь сумасшедший завистник, увечный маньяк, отвергнутый любовник…хотя, найдутся ли еще такие, кроме самого Молко?
У него возникла срочная потребность увидеть Матиаса, услышать, что с ним все в порядке, что ему ничего не угрожает… Но как это будет выглядеть? Выражать соболезнования из-за несчастья с бойдом будет верхом цинизма даже для него. Если он и понесет когда-нибудь цветы Холбруку, то только с карточкой «Rest In Piece». Матиас об этом уж больно хорошо знает.
Да еще Хелена постоянно ему звонит. Пожалуй, стоит с ней объясниться, сказать, что…что же он ей скажет? Извини, ты замечательная женщина, и ты мне нравилась, но у тебя есть один существенный недостаток – ты не Матиас. При нынешнем раскладе дел как-то не имело смысла роптать на Бойда, когда он лежит в бентах, как мумия, едва вернувшись с того света, но мысль о том, как этот противный англосакс уже второй раз увел у него то, что ему было дорого, все-таки проскочила у Молко в мозгу.

В конце концов, он договорился с Хеленой заехать за ней в фотостудию, чтобы потом поужинать где-нибудь. Когда водитель уже подъезжал к студии, то Брай занервничал, причем явно не из-за предстоящего разговора. Он прошел через лабиринты коридоров к помещению, где она работала. Заглянув туда, Брайан чуть не бросился бежать с криком «Сгинь, нечистый». Это было не просто дежавю, а уже который по счету кошмар наяву. Хелена фотографировала Матиаса, а тот интригующе улыбался в камеру, истекая сексом. Хуже всего было то, что они оба его заметили, поставив тем самым Молко в очень неудобное положение.
- Я не знал, что у тебя кто-то есть. Я зайду позже, - Брайан все еще не терял надежды сбежать.
- Нет, все нормально, это был последний кадр, и мы уже закончили. Одну минутку, я только соберу вещи…А пока познакомься, это Матиас Лауридсен, мы снимаем рекламу для новой коллекции Calvin Klein. Снимки получились превосходные!
- От перемены мест блондинов реклама не пострадает…- пробурчал Молко, впрочем, к его же радости, этого никто не расслышал.
Матиас слегка кивнул ему.
- Рад вас видеть…мистер Молко.
Брайан сглотнул, пытаясь различить, где здесь искать подвох, но ничего не отыскав, растерянно сказал:
- Да уж…неожиданная встреча…
- Похоже, я могу появляться также неожиданно, как вы уходите.
Молко отвел глаза, срочно придумывая ответ, но тут в разговор вмешалась Хелена.
- О, вы знакомы?
Матиас спокойно молчал, дав возможность решать Брайану.
- Мы? Мы…- и тут уже ответ сам собой пришел в голову Молко. Все показалось ему так легко и просто, нужно было лишь это произнести.
- Мы были любовниками. – Когда Молко это сказал, то почувствовал себя невесомым. Даже блондин на него как-то странно посмотрел.
- Ты издеваешься надо мной, да? – Хелена вспыхнула от возмущения. – Ты все еще злишься на меня, не можешь простить…
- Да, он такой…- нечаянно обронил Лауридсен.
- Вы что, сговорились? – Еще несколько секунд, она смотрела на них попеременно, и выдержав это полный изумления взгляд, Брайан ответил:
- Я уже все сказал. Знаешь, как бывает…это вышло случайно…
- Ты просто подлец! Но у нас все равно бы ничего не вышло, запомни! Так что я буду только рада, если…если ты покинешь студию…педик!

Молко улыбнулся, незамедлительно воспользовавшись столь соблазнительным предложением. На выходе его догнал Матиас.
- Ты можешь хоть сейчас не убегать?
- Пожалуй, я испортил тебе только что отношения с фотографом. Это я буду виноват, если на фото у тебя вдруг появятся большие уши и третья нога.
- Я не знал, что у вас с ней что-то было…
- На что ты намекаешь? – Брайан насторожился.
- Что мои неудачные фотографии будут стоить твоего смелого признания.
Молко побоялся спросить «а как же Бойд», и очень тихо сказал:
- Я переживал за тебя.
- Дааа? У тебя очень своеобразная забота обо мне…например, сбегать без всяких вразумительных объяснений…
- Я…
- Знаю. Ты прочел смс от Бойда. И все как всегда истолковал по-своему. Да, я действительно звонил ему того, и писал, что хочу увидеть, потому что я думал с ним расстаться.
- Думал, но не сделал этого. –Брайан уже видел, как из его рассеченного сердца мощной струей хлещет кровь.
- Нет. Он сделал это первым. Познакомился в самолете с каким-то «только-посмотри-на-его-тело-оно-само-совершенство». Я был, честно, даже рад. Хоть и опасаюсь, как бы не именно этот атлет изувечил Холбрука…это жуткая история…
- Да, только вся опасность вашего модельного бизнеса заключается в том, что…- Молко хотел сказать, «что вас фотографировал один и тот же фотограф, только в разных позах», но сегодня словно какая-то невидимая сила сдерживала его от неразумных слов.
- Продолжай.
- Что ты тоже мог быть на его месте, потому что какой угодно маньяк может покуситься на такую внешность…
- Кто угодно, кроме тебя. В последний раз, когда ты ушел, я думал, что больше никогда не захочу видеть тебя. Потому что если даже та ночь не показалась тебе достаточно убедительной, я не знаю, что я еще могу сделать. Я не собираюсь…
Но Брайан не дал ему договорить, поцеловав так крепко, как только мог, жадно проникая языком в его рот. Он обхватил Матиаса за шею, готовый к тому, что его могут оттолкнуть в любой момент. Но когда он почувствовал, как руки Матти замкнулись не его талии, а затем плавно поползли вниз, он побоялся и вовсе потерять самообладание, занявшись любовью прямо здесь. Брайан продолжал целовать Матиаса, вдыхая родной запах, он оставлял влажные, горячие следы на его шее, пока блондин, едва переводя дыхание, не отстранил его.
- Ты думаешь, что меня можно соблазнить вот этим одним поцелуем? – Он насмешливо изогнул бровь.
- Я надеялся, у меня получится хотя бы тебя разжалобить.
- Да, на фоне всех тех мужчин, которые у меня были, это действительно…
- Можешь не продолжать. Не унижай меня хотя бы на виду у всех фотографов, засевших здесь по углам.
Брайан отвернулся, собираясь быстрее уйти и скрыть хотя бы за темными стеклами машины свои глаза, которые уже начинали жечь слезы. Но Матиас крепко схватил его за руку.
- Невежливо уходить, когда я еще не договорил.
- Как ты заметил, я не всегда отличаюсь хорошими манерами.
- Над этим мы еще поработаем.
- Мы?
- Да.
- Но, кажется, ты ясно дал понять…
- Что одного поцелуя мне не достаточно.
Брайан поперхнулся.
- И?? – Молко выжидающе смотрел.
- Тебе придется постараться.
- Так ты…
- Я прошу тебя не уходить.
- Матиас…
- Ты помнишь, что я прошу всего один раз.
- Значит, я не могу отказаться?
- Не можешь. – Матиас вдруг улыбнулся так, что у Брайана потекли слюнки.
- Почему-то, я даже рад, что у меня нет выбора.
- У тебя его не было уже с первых минут нашего знакомства.
- Ээээ, парень…может, мне уже сейчас убрать из квартиры все зеркала?

Несколько месяцев спустя.
Брайан стоял у витрины магазина Hugo Boss, разглядывая постер молодого человека. Воистину прекрасные зелено-голубые глаза, чувственные губы, высокие скулы и белокурые пряди волос украшали лицо настоящего датского принца. Молко вздохнул, растворившись в своих мыслях, как его отвлек какой-то непонятным образом оказавшийся в этом районе бомж, с видом потомственного английского алкаша. Слегка покачиваясь, сильно попахивая бочкой тухлой селедки, в грязно-голубом пальто, он тоже остановился у витрины и, ткнув в нее пальцем, пророчески выдал:
- Он любит тебя!
От неожиданности Брайан отшатнулся. А потом растянулся в улыбке.
- Взаимно.
Барыга поплелся куда-то дальше, а из магазина как раз вышел Матиас. С нежностью посмотрев на Брайана, он слегка приобнял его, прошептав на ухо несколько слов. И Молко еще раз повторил: «Взаимно», но уже глядя прямо в миндалевидные глаза модели номер 1.

4.09.07- 1.01.08