О ком эта песня? Я все еще не очень уверен, я думаю, она о многих людях. Возможно, о любом... о всяком, кто имел неудовольствие переспать со мной (смеется). Я хочу подчеркнуть - я сказал неудовольствие. (смеется)

Brian Molko, In conversation with Sally Stratton, August 1998

SS: Перейдём к «Every You, Every Me»…
Брайан: Я хотел назвать её «Хэви-металлический живой уголок», но мне бы не разрешили! (Смеётся)
SS: …Я подумала, она звучит, как REM…
Брайан: Да, это правда, да. Думаю, это так, но это не было сознательным решением, это просто… нам так хотелось попробовать акустический рок. Партия баса в ней очень похожа на U2 в ритме диско, да.

Brian Molko, In conversation with Sally Stratton, August 1998

Прежде всего, в песней немало упоминаний "boxes"(прим. перев. - буквальный перевод - "ящики"). Мы ведь говорим о том, что ниже живота у женщины?

"Ну", - Брайан ерзает на своем месте, - "вы можете понимать это двояко. Я имею в виду, это может быть коробка, просто коробка, а не...не..."
"То, что ниже живота!"
"Ну да, то, что ниже живота".
Стив и Стефан хихикают.
"Но..."
"Это не то?"
"Нет, то, но вы все равно можете понимать это по-разному. Я имею в виду, образ, который был у меня", - он прелестно краснеет, "это безопасное место, куда вы кладете... нежные вещи".

Brian Molko, Select, October 1998

О "Жестоких играх": Я изучал драму. И знаю оригинал ("Опасные связи"). Мы посмотрели фильм в нашем автобусе, когда они попросили нашу песню для саундтрека. Я сказал: "Если он не умрет в конце, это будет счастливый финал, и тогда мы в этом не участвуем". Кино об извращенном и манипулирующем поведении, так что тема песни подходит очень неплохо"

Brian Molko, Herald Sun, April 29th 1999