Interview RAG Magazine


перевод с английского - New Model
На первый взгляд, Брайан Молко, андрогинный солист британской электронной рок-группы Placebo, кажется немного апатичным собеседником – отстраненным и скрытным, как если бы у меня были ответы на вопросы даже прежде, чем наш разговор начался. Фактически, по-большинству это исходит из его гордости собой как сложного и интересного собеседника. «Я могу допустить, что я иногда срываю интервью, потому что я нахожу очень трудным думать в абсолютных категориях. Бывает достаточно трудно получить от меня прямой ответ, так что я извиняюсь за это», - провозглашает 34-летний вокалист/гитарист в начале нашего разговора.
По мере развития интервью, я понимаю, что это проявление символичного, боязливого поведения превращается в более привлекательную форму, чем не слишком недружелюбная первая. Подобно большинству художников, Молко наиболее свободно обсуждает свое искусство; но стоит увести его чуть в сторону, и вы вероятно уйдете огорченным и с пустыми руками.
Старательно подбирая правильные слова, Молко рассказывает о своих ранних музыкальных вдохновителях: Sonic Youth и PJ Harvey. «Я хотел создать группу, которая была бы синтезом между Sonic Youth и PJ Harvey – по типу той безграничной этичности, которая есть у Sonic Youth, когда ты обнаруживаешь красоту в нестройности и атональности. Так они, для меня, являются невероятно красивыми, не будучи привлекательными всё время. Они представляют бесконечные возможности с такими весьма ограниченными инструментами как гитары. И эта доля невероятности, иногда практически болезненно-профессионального качества отличает два первых альбома Поли Харви».

В 1994 году, Молко создал «мастерскую» со Стефаном Олсдалом и Стивом Хьюиттом, чтобы попытаться уловить дух тех артистов, которыми он восхищался, в то же время, развивая нечто непосредственно своё. Прошло совсем немного времени и Placebo подписали контракт с звукозаписывающей компанией Caroline Records и выпустили одноименный дебютный альбом в 1996 году. Альбом имел неожиданный успех в Великобритании, с хитовыми синглами “Nancy Boy” и “Bruise Pristine”. Группа запаслась большой популярностью у британских еженедельников и выступала на разогреве у Sex Pistols, U2 и Weezer. В 1997 году, Дэвид Боуи лично пригласил группу выступить на праздновании его 50-летия. Группа продолжала зарабатывать уважение, и перешла к Virgin для их следующего релиза. Исполнив кавер на T.Rex, они появились в 1998 году в фильме Тодда Хэйнса “Velvet Goldmine”, основанном на образе Боуи периода Ziggy Stardust. Placebo выпустили более 3х альбомов, последним стал “Meds” в 2006 году. “Meds” доказал, что группа не готова остановиться на одном звучании, и продолжает двигаться и удивлять слушателей, не теряя свою торговую марку нео-глэм панк-рок стиля.
Для Молко, расширение личностных и художественных пределов единственный выбор. «Тебе нет места в создании музыки, если твои амбиции не оспаривают уже установленное ими место», - говорит он. «Или ты достигаешь этого или нет, это вне твоего контроля, но тут абсолютно нечего делать, если ты не чувствуешь себя так, будто получаешь лучшее, если не чувствуешь гордости за свое творение. Это ремесло, и оно требует определенного количества дисциплины и тебе реально нужно выложиться полностью для этого».

В добавление к смелости, чтобы экспериментировать и расширять личностные границы, Молко считает, искусство и художник должны в середине встречаться, чтобы иметь успешные, симбиотические отношения. «Совершенное искусство, будь то кино, или музыка, или рисование, или видео-искусство, его качество зависит от типа тех усилий, которые ты прилагаешь к нему, от тех шагов, которые ты делаешь к искусству, их должно быть столько, сколько шагов оно делает к тебе – тогда вы встретитесь в этом магическом месте. Как группа, которая проводит в туре всё время, это то, что тебе нужно от дождливой ночи в Германии. Тебе также нужна мыслящая аудитория. Они нужны тебе, чтобы повышать планку настолько, насколько сможешь».

Звук Placebo, образ и позиция достаточно эксцентричны и загадочны, чтобы они оспаривали установленные взгляды на искусство и музыку, всё ещё взывая к широкой аудитории. Молко хочет привести публику туда, где правила и границы не существуют. «Ты знаешь, где-то существует такое место, где ты не должен следовать правилам, где тебе даже не нужно думать о них. Тебе даже не нужно думать о том, кто ты, что ты из себя представляешь и какова твоя идентичность, и что ты значишь для большинства людей. Должно же быть место, где ты свободен от рутины, которая связывает тебя по рукам и ногам и заставляет оставаться законопослушным членом общества. Должно быть такое место, где ты можешь быть свободным от системы и место – с твоим уникальным миром, место, где ты находишь свободу внутри себя. Я долго его подыскиваю», - говорит он. «Я очень люблю бродить на ощупь в темноте и натыкаться на разные углы, и потом делать типа полароидных снимков ушибов, обдумывать их некоторое время и проверять, понравятся ли они мне все ещё неделю спустя».
Не удивительно, что Молко чувствителен к музыкальным классификациям и сравнениям. Потому что марка Placebo как арт-рока не может быть легко определена и часто сравнивается с Нирваной. Я спросил у Молко, что он думает по поводу быть названным глэм-рок версией Нирваны. Да, это было глупое утверждение, но кто знал, что Молко будет так тяжело реагировать на это. Он фактически замкнулся. Только несколько минут спустя, он извинился и пересмотрел тему. Вину за частые ассоциации с Нирваной он возложил на появление группы в фильме Velvet Goldmine. «Я думаю, это великолепное кино, и я очень горжусь своим участием в фильме Тодда Хэйнса, но с тех пор слишком много людей выходило после просмотра этого фильма, восклицая “О, Placebo в этом глэм-рок кино? Вы должно быть глэм-рок версия Нирваны ” и это сильно нас раздражало. И я полагаю, это вообще то, что меня возмущает, когда я слышу слово глэм или слово гот, которые меня раздражают».
Так что, как сам Молко может описать свой звук – если он должен поместить себя в одну категорию? «Если вы просите меня сложить все 13 лет, это действительно трудно для меня», - непреклонно утверждает он. «Я просто не задумываюсь об этом, потому что форма творческого выражения представляет собой форму свободы, и она пробивается внутри инстинктивно со многими ограничениями в остальной мир, и столько важных значений, и вопросов, и ответов, что…это типа того места, куда я не должен заходить, или думать о нем, или даже оправдывать. Я просто следую своей сущности, правда». Если ему тяжело говорить о прошлом, то о будущем тем более. Он с юмором рассуждает о группе в следующем направлении: «Шутливо можно ответить на это вопрос так, что мы собираемся сделать альбом как нечто среднее между Джонни Кэшем и Village People, мы чувствуем, что гей-страна еще не была полностью исследована. Как я говорил, это крайне юморной ответ на сложный вопрос. Мы сочиняем песни, так что это действительно определяет песня для меня; и что эта песня скажет тебе, это лучший способ представить нё, потому что ты должен слышать, как песня говорит с тобой, рассказывая тебе, откуда она взялась. Ты прибавь к этому сверхнизкие границы порогов, где ты пытаешься и делаешь вещи, которые ты не делал ранее, и так как это совместный способ работы, то столько всего случается, что ты в итоге оказываешься в местах, тебе совершенно не подобающих».

Молко надеется, Placebo оставит длительное впечатление в музыкальном мире, но осознает чудовищность нынешних действий, итак: «Что касается ошибки в сравнении с вашим Бобом Диланом, мы думаем, это чаще случается сегодня, потому что мы оглядываемся на музыкальную историю, и мы видим всё это музыкальное богатство, которое осталось, и причина тому, что оно прошло проверку временем – это отличное качество материала. В 60-х было также много дерьма, как и сегодня, это дерьмо разного вида, и в 2120 году никто и не вспомнит о нем. Подобно тому, как мы не помним всё дерьмо из 60-х. Мы помним Джэнис Джоплин и мы помним Боба Дилана, потому что то, что они делали, отличалось высоким качеством. Я думаю, это вроде зеркала, по нему и стоит судить».
Как успешный художник, Молко периодически сверяется с реальностью: «Я пришёл к выводу, что мы действительно как будто переполнены вибрато, мы вышли на сцену и подумали, да, никто нас не достанет. И после того, как мы показали хорошее шоу, вышли Queens Of the Stone Age и Стефан, и я захотели убежать (смеется), настолько это было шикарно. Так что мне бы очень хотелось прокатиться в туре с ними, если они захотят со мной, если дадут мне понять мою смиренность». Как если бы защищая своё собственное искусство и идеи, или, возможно, в некотором роде, личную миссию спасти нас от посредственности, Молко развенчивает консервативные взгляды на красоту и неизведанное. «Я думаю, у людей имеется тенденцию верить, что нечто некрасиво, если оно не привлекательно, и что это обязательно темное, неясное, если оно требует усилий для понимания, и я полностью не согласен с этим», - говорит он. После всех этих лет, Молко, кажется, так и не оставил идеалов Sonic Youth и PJ Harvey, которые впервые посвятили его в мир музыки: находить красоту в необычных источниках и бросая миру вызов, чтобы он также увидел её.

RAG Magazine, August
By Joseph Vilane