Интервью с Placebo
перевод с английского - Martime

К их великому раздражению, Пласибо часто именуют брит-поп бэндом. Если и есть такой жанр, от которого американец Брайан Молко (вокал гитара), швед Стефан Олсдал ( бас) и англичанин Стив Хьюит (барабаны) предпочитают держаться подальше, то это определенно брит-поп. Замкнув не только географический, но и числовой треугольник, возникает трио Пласибо с миниатюрным фронтменом Брайаном Молко, который с легкостью, манипулируя своей внешностью, притягивает внимание к своей персоне. В пабе, где мы договорились встретится для интервью, Брайан ставит обслуживающего нас бармена в поистине неловкое положение: смущенный, он не знает как к нему обратится: «Э…мисс, э….мистер» Едва ли можно провести какие-либо параллели между Пласибо и их сегодняшними коллегами по сцене, что делает из них еще большую загадку для музыкальной индустрии. Пласибо никак не поддаются определению легкой или скучной команды, Пласибо бьет ключом. Дерзкий и откровенный, Брайан без предупреждения будет сыпать своим колким, сардоническим юмором. В данный момент, очаровательно улыбаясь, Брайан колеблется по поводу выбора туалетной комнаты: дамской или же мужской? NY: Брайан, каково это – чувствовать себя настолько значимой персоной? Как ты умудрился выжить? Твой второй альбом получил даже больше восторженных откликов, нежели предыдущий.
Брайан: Они заставили нас разрушить нас самих. Они создают группу, ставят ее на пьедестал почета только лишь ради того, чтобы впоследствии столкнуть их снова вниз. Порой это даже забавно, если, конечно, ты выполняешь каждое их нарекание. Та же газетенка, тот же журналист поменяет свое мнение на 180 градусов в течение какого-то месяца. Группа, ставшая чуть ли не лучшим событием с момента «изобретения колеса», вдруг неожиданно получит пинок под зад. И снова все посчитают, что они не могут играть, они пусты и банальны, они – просто полное дерьмо.
NY: Ну, я полагаю они отчаялись в поисках чего-то оригинального.
Брайан : Каждый пытается быть модным. Думаю, следующим веянием моды станет попросту не следовать ей. Стив: Нам наплевать на это, весь этот напускной ажиотаж и прочее. Ничего не изменилось, просто на концерты стало приходить больше народа. Да, мы ожидали, что пресса проснется и накинется на нас. Это все дело времени. Мы понравились слишком многим, но мы не собираемся переставать спать по ночам из-за этого.
NY: Брайан, твоя внешность довольно андрогинна. Ты полагаешь, сыграл ли этот факт какую-то роль в достижении вашего успеха?
Брайан: Действительно, много людей принимают меня за леди. Это забавно.. А еще более забавно, когда этот человек – воинствующий гомофоб . Этот факт заставляет их задуматься. Я не люблю всю эту шумиху вокруг сексуальной принадлежности. Кому какое дело, кто мы, с кем мы спим, и как мы проводим свое время. Я все же предпочел бы иметь в поклонниках людей, который любят музыку, а не озабоченных вопросом нашего внешнего вида.
NY: Но почему все-таки косметика?
Брайан: Я сознательно не создал второго Нэнси Боя. Это было бы самым легким способом проторить себе дорожку к славе. Мы всего лишь не хотим создавать себе границ. Не то, чтобы мы не любим больше эту песню, но мы стараемся развиваться в музыкальном плане, мы ушли далеко вперед и мы не хотим сводить все творчество к одному единственному хиту. Слишком много остальных групп сделали так. Они создали хит и просто начали перезаписывать его снова и снова. Это – творческий ноль. Помимо всего прочего, это просто бы надоело до слез. Стив: Почему мы обязаны использовать лишь часть нашего потенциала. Это было бы просто глупо. Я думаю, мы создали отличный альбом. Брайан: И он отличается от предыдущего.
NY: Он с более меланхоличный, более взрослый, в хорошем смысле. Ваша музыка стала взрослой.
Брайан: Спасибо. Надеюсь, сами мы не повзрослели. Хотя, думаю, и я тоже. Стив: Мы все повзрослели. С нарастанием проблем мы становились ближе друг другу.
NY: Не все так и гладко в шоу-бизе, не так ли?
Стив: Определенно. Брайан: Я предпочитаю называть это утренним синдромом. Это печально. Все те слухи, которые вы слышите изо дня в день о подобном образе жизни, всем этом пресловутом рок-н-рольном образе жизни, все они - чистейшая правда. И это дико. Я помню себя полным неудачником, безработным. Я был просто лузером. Затем я организовал группу, мы давали концерты, и как-то неожиданно я стал прямо таки «хотибельным». Я имею в виду, я мог получить все, что бы моя душа ни пожелала.
NY: Действительно, судя по твоим песням, дело обстояло именно так.
Брайан: О да. Но кто бы не сделал тоже, что и я? Есть предложения? Первый альбом имел дело с сексом – просто с сексом во всех его разновидностях: секс под кайфом, секс с….ну вы поняли. WYIN же больше сосредоточен на последствиях, которые неизбежно следуют за этим и за отношениями в целом. Депрессия. Новый альбом – это взгляд вовнутрь. Пост-коитальная депрессия. Это всепоглощающее одиночество, это разрыв, который еще витает в воздухе. Наутро после вы начинаете заниматься самокапанием. Это болезненно. Большинство – баллады, где я пытаюсь вступить в схватку с любовными отношениями. О последствиях этих отношений можно часто услышать от экс-любовей, с их точки зрения. Поэтому поначалу я могу показаться заносчивым, но на самом деле я просто унижаюсь. Я режу себе вены и даю вам любоваться на это. ( no comments ) Pure Morning - это композиция о восходе солнца, тогда как вы не в силах увидеть его лучи. Вокруг вас целый мир, но вы не чувствуете этого, вы – отдельно от него.
NY: Секс, наркотики и рок-н-ролл. Вы захватили все главные полосы.
Брайан: Пресса слишком много уделяет внимание этому. Все это дерьмо по поводу моей реабилитации и лечения. Это просто дерьмо. Да, я экспериментировал с этим, я этого не скрываю, но я ни разу не делал из этого рекламу. То, что я делаю, это всего лишь то, что я делаю. Я не выхожу на сцену и не ору залу: «Давайте, подсаживайтесь на иглу», или же наоборот, - «Слезайте с нее». Это решение каждого отдельного человека.
NYRock: А как же насчет ответственности. Музыканты для многих - роул моделс.
Брайан: Ну, я не думаю, что подаю плохой пример. И я также не думаю, что музыкантам следует придерживаться статуса ролевой модели. Образ жизни очень разнится, особо в шоу-бизе. Наркотики всегда играли огромную роль. Посмотрите на Хендрикса, на Моррисона, Вельвет Андерграунд в дни их славы. Клэптон, Кит Ричардс – особо Роллинг Стоунз до их превращения в музыкальных бизнесменов. Моя же ошибка в том, что я всегда веду себя честно по отношению к этому вопросу. Корифеи блюза и джаза – все они расширяли сознание, Билли Холлидей, например. Мы – рок-группа, в конце концов, чего же вы ожидали? Стив: Это новый американский, так называемый, прием, что, типа, наркотики – это болезнь, распространяемая музыкантами. Это бред. В Лондоне они производят более 150 000 таблеток Экстази каждый уикенд. Вы собираетесь меня уверить в том, что все это богатство поглощается лишь музыкантами? Нет. Хотя бы потому что в Лондоне еще не набралась такого количества музыкантов.
NYROCK: Брайан, ты сыграл небольшую роль в фильме Velvet Goldmine. Я слышал, у вас актерские корни?
Брайан: Я люблю сниматься в кино. Я действительно люблю это. Конечно, хотелось бы экспериментировать с этим как можно чаще. По крайней мере, я уж буду поопытней Кортни Лав. Но все равно вряд ли смогу найти достаточно время. Но я никогда не оставляю мысль об этом. Я должен что-то создавать, это – моя движущая сила. В данный момент это – музыка. Группа стала моей жизнью, но всегда остается возможность оставить ее и пойти по актерской стезе. В конце концов, я закончил актерскую школу, Колледж Голдсмит.
NYROCK: И для финального аккорда. Ты до сих пор держишь зуб на брит-поп?
Брайан: Они пытаются звучать альтернативно сейчас, по-американски альтернативно. Это так умилительно. И это не зуб, это всего лишь жалость.



Interview with Placebo (NY Rock) by Gabriella, Jan. 1999