Vox Online Interview 2001

Перевод санглийского - New Model.


Vox: Как вы, ребята, собрались вместе как группа? Какие-нибудь темные секреты, не указанные в вашей общей биографии?

Brian Molko: В каком-то потрескавшемся (прим.пер. crack - можно перевести и как трещина и как название наркотика, так что слова про дом весьма двусмысленны) доме в Лос-Анджелесе…не так ли?
Steve Hewitt: Около 6 лет назад и мы до сих пор здесь.

Vox: Вы, парни, были в туре вместе с Stabbing Westward, когда мы в последний раз виделись. Что вы сделали с того времени? Где вы были? Вы отложили выпуск вашей пластинки?
Steve: Здесь не было никакой задержки - мы провели 14 месяцев в туре после нашей последней записи. И мы направились прямо в студию и записали Black Market Music за 3 месяца и еще потратили 3 месяца на его сведение. Затем мы взяли недельную передышку и вот в туре снова. Затем был июль в Японии. Только 9 месяцев для записи альбома и снова возвращение.

Vox: Прошло несколько лет с тех пор как вы были здесь, в Лос-Анджелесе.
Steve: Причиной этому были наши выступления в остальной части света. Так что мы решили придержать релиз нового альбома пока мы не окажемся здесь. Для того, чтобы быть понятыми.

Vox: Я думал, это может быть как-то связано с недавним рок-рэп наваждением в Америке?
Steve: В действительности, нет.
Brian: Нет, вы знаете, что иногда истина гораздо проще.

Vox: Откуда пришло название «Black Market Music»?
Brian: В индустрии, типа артистической среды, где так много негатива обеспечивается многочисленными корпорациями и где одноразовости покровительствуют мультинациональные корпорации, так много пустоты и не слишком много позитива, выплескивается и сбывается в больших объемах. Точно так же, как и музыка честная, страстная, правдивая, которая раскрывает что-то о человеческих состояниях, маргинализирована (обособлена). В культуре, где музыка однотипна, такое часто случается. Возможно, это нечто такое, что вы покупаете из-под прилавка и, возможно, запретный плод с древа знаний.

Vox: И Америка готова к этому?
Brian: Я не вижу причин, почему бы и нет. Мы построили некое пространство из трех альбомов в Европе. Я предполагаю, мы достаточно представлены здесь. Я думаю, реакция, которую мы получим в ответ на этот альбом будет более позитивная, чем ко всей остальной нашей музыке. Кажется, на это раз вокруг меньше борьбы. Я думаю, люди готовы и более восприимчивы по отношению к этому альбому. Это наша лучшая запись, так что она не такая шизофреничная. Более сплоченная.

Vox: Является ли ваша запись более обдуманной?
Brian: Нет, это лучшая запись. В ней больше согласованной идентичности, это лучшая продукция, она не такая тянущаяся, как Without You I'm Nothing. Она более завершенная, более непосредственная и сердитая запись, которую мы сделали. Песни лучше. Мы просто получили лучшее из того, что мы делали. (коммент.пер. прям целая ода самому себе, молодец, Брайан, какая самореклама!)

Vox: Поговорим о песнях. Расскажи мне о «Commercial for Levi».
Brian: Она о дружбе и плохом выборе образа жизни. Когда ты делаешь плохой выбор образа жизни, очень важно иметь друзей, которые схватят тебя за шиворот и скажут: «Я люблю тебя, но ты не протянешь долго, если продолжишь путь, по которому идешь».

Vox: Это правдивые истории?
Brian: Большинство из них.

Vox: Очевидно, «Taste In Men» может иметь дополнительное значение…
Brian: Это то, что я нахожу странным. Люди много чего говорят. Но на самом деле, это заблуждение. Подобную ситуацию можно применить к каждому, это очень универсальная песня. Просто как: «Ты бросил меня, вернись». Вот и все. И не важно, кто ты. Подобное случается со всеми нами.

Vox: Как на счет «Slave To The Wage»?
Brian: Это песня о погоне за своими мечтами. Что-то типа стихотворения Роберта Фроста «Неизведанный путь» (Robert Frost “Road Less Traveled”). В ней в основном говорится о выражении индивидуальности и о том, что ты не должен следовать общепринятым правилам общества, которые устанавливают, каким должен быть твой личный успех. Это часто связано с риском и мужеством. Но мы, определенно, живое доказательство того факта, что эти решения, которые мы принимаем, когда мы очень молоды, мы живое доказательство, олицетворяющее, что неизведанная дорога может быть невероятно плодородна, если ты останешься честным с самим собой, если ты хочешь быть индивидуальностью, если у тебя есть мужество, чтобы побежать вслед за своей мечтой…Если ты хочешь работать в банке, если это дает тебе силу, так иди работать в банк. Или, если ты хочешь быть актером, и это вдохновляет тебя, будь актером. И если ты готов к жертвам и риску, если ты счастливчик и у тебя хорошая карма, тогда все эти вещи окупятся в конце. Я думаю, это действительно позитивное послание.

Vox: Что скажешь о «Special K» - здесь очевидная ссылка на наркотик…это тоже горячая новость на повестке дня.
Brian: Некоторое время это было рядом и я бы никому такого бы не порекомендовал. Но песня вовсе не о том. Это сравнение с бегом, сломя голову от любви или будучи увлеченным кем-то, находиться под контролем веществ любого типа. Мораль этой истории такова, что то, что тебя возвышает, может также и разрушить.

Vox: Парни, вы слушаете много музыки - что особенно волнует вас?
Steve: Здесь очень широкий спектр. Множество вещей. В туре на данный момент у нас много танцевальной музыки. Нам нравится Peaches…
Brian: Peaches & Gonzales, Ladytron, Add (N) to (X)... множество электронных вещей, старое барахло, старый Nick Cave, Scott Walker и тому подобное... Не так много гитарной музыки, первый альбом Queens of the Stone Age, At The Drive-In. Качественная гитарная музыка.

Vox: Брайан, ты большой поклонник Peaches.
Brian: Gonzales и Peaches восхитительны.
Steve: Действительно восхитительны.
Brian: Они сумасшедшие гении! Они правда очень вдохновленные! Точно так же, как и At The Drive-In возобновили твою веру в эксцентричность и раскованность, и в твои возможности. Это очень, очень освежающе.

Vox: Placebo, кажется, навсегда пристрастились к риску. Тяжело ли было первый раз приехать в Америку?
Brian: Гораздо тяжелей было до этого. Прошло какое-то время, пока люди взяли себя в руки и обнаружили, что происходит. Это исходит из различных культурных точек опоры. Никто из нас не проник в британскую культуру и никто не проник в американскую культуру также. Здесь огромная смесь других культур в том, что мы просто исходим из факта, что мы приезжаем из разных мест. То самое, что делает это сложным и запутанным. Иногда, это занимает немного больше времени для того, чтобы прошло замешательство и для обдумывания на шаг вперед. Мы всегда были заинтересованы в долголетии.

Vox: Есть различие между толпой в Европе и Америке?
Brian: Ну только что меньше тупых бейсбольных кепок [смеется]. Но ты знаешь, есть что-то в той музыке, которую мы сочиняем, что, кажется, призывом длясумасшедших отщепенцев или людей, которые чувствуют, что они площадной колышек, вбитый вокруг дыры или они аутсайдеры…Это собрание отверженных мы ощущаем, когда выступаем в гигах. Я думаю, наша аудитория очень хорошо и уважительно относится друг к другу, что большой плюс.

Vox: Что изменилось в ваших живых выступлениях - какие-нибудь эволюционные изменения?
Steve: Мы можем возить с собой больше аппаратуры в Европе, так как мы находимся близко к дому и можем позволить грузовик с аппаратурой поблизости. Но когда мы приехали в Америку, упор делается на живую рок-группу и хорошее световое шоу. Но в Европе мы делаем еще и визуальное.

Vox: Какие-либо изменения для вас самих, парни?
Brian: Очень много упоминаний о нас, действительно. Это остается быть для нас эмоциональным источником вдохновения и абсолютно шизофреничным. И это обостряется тем, что мы делаем, чтобы жить. Чем больше ты используешь это, тем больше странных вещей происходит. Это сверхъестественно.

Vox: Что должны люди ожидать от ваших живых выступлений теперь?
Brian: Страсти на сцене и, надеюсь, эмоциональный контакт. Это наша цель, иначе не будет никакого смысла. Это должно что-то значить.